Андрей Шмыгин

Капитуляция.
(Американская оборона: наступление на Россию)

"Завтра", №32(401) 07.08.2001


КАК И ПРОГНОЗИРОВАЛОСЬ, после выборов нового президента Америки мы вновь включились в очередной раунд переговоров по противоракетной обороне (ПРО). США идут напролом. Еще в сентябре-октябре прошлого года настораживали сообщения прессы – советники обоих претендентов на высший пост страны и Буш-младший и А. Гор не скрывали, что многие вопросы, связанные с обороноспособностью США, будущие президенты будут решать самостоятельно, без переговоров с Россией. Что и подтверждают сегодня действия нового президента США. Ему, вернее корпорациям военно-промышленного комплекса Америки, просто не обойтись без многомиллиардных заказов на новую технику для борьбы с мифическими ракетами мифических противников. Сейчас самые высокотехнологичные производства Америки, а именно к ним относится вся техника ПРО, находятся в простое – работают только лаборатории, научные центры, полигоны.

Сегодня речь идет о национальной противоракетной обороне (НПРО) Америки. Это – первый этап работ по печально знаменитой программе СОИ. В ней нет отступлений ни на йоту. 29 января 1991 года 41-й президент США Дж. Буш-старший в своем выступлении заявил: "…Заглядывая вперед, я отдал распоряжение перенацелить программу СОИ на обеспечение защиты от ограниченных по масштабу ударов баллистических ракет, независимо от источника угрозы. Давайте следовать по намеченным программам СОИ, чтобы можно было бороться с любой угрозой в будущем для Соединенных Штатов нашим Вооруженным Силам за океаном, а также нашим друзьям и союзникам". Так родилась концепция системы GPALS – Джи-ПАЛЗ (Система глобальной защиты от ограниченного удара баллистических ракет" – правопреемник СОИ). Ее почти десятилетие интенсивно финансировали и Буш и Клинтон: примерно по 5,2 млрд. долларов в год. Эта цифра соизмерима с расходами на программу СОИ в пик ее развития.

Чем же располагают США для борьбы с баллистическими ракетами различных классов и что им еще нужно сделать для создания полноценной системы НПРО?

Американцы имеют на сегодня достаточно далеко "продвинутую" и отработанную на земле (и макетно в космосе) программу космических спутников-перехватчиков "Бриллиант пеблз" (Блестящие камешки). По зарубежной информации, они представляют собой цилиндрическое тело длиной около 1 м, диаметром примерно 30 см и массой около 40 кг. Для атаки целей в космическом пространстве (взрывчатого вещества на борту не предусмотрено) они оборудуются чувствительной инфракрасной (тепловой) аппаратурой обнаружения и самонаведения, а также корректирующими ракетными двигателями. Согласно плану спутники будут равномерно развернуты на космических орбитах высотой 450 км, по команде с земли находить цель в зоне их действия, включать корректирующую двигательную установку, сходить с орбиты и врезаться в боевой блок или ступень разведения боеголовок. Именно Джордж Буш в 2001 году утвердил ассигнования на проработку системы Джи-ПАЛЗ с 1000 ИСЗ-перехватчиков "Бриллиант пеблз". В создании спутников отличились конструкторы фирм "Мартин-Мариетта" и "Рокуэлл". По оценкам зарубежных специалистов, этот спутник – одно из самых совершенных, доработанных до боевого образца средств поражения МБР и их боеголовок вне атмосферного участка их полета. Зона поражения этих спутников определяется запасом топлива на их борту и составляет около 2000 км.

Первичную информацию о составе сил и средств, задействованных в ракетном ударе противника, спутники-перехватчики будут получать с бортов существующих ИСЗ раннего предупреждения о ракетном нападении (типа ИМЬЮЗ) и с вновь разработанных (но пока не запущенных) спутников-целеуказателей "Бриллиант айз" (Блестящие глазки). Спутники "Бриллиант айз" – это продукт кооперации ведущих американских фирм "Боинг", "Хьюз", "Рокуэлл и Лорал".

Еще в марте 1985 года министр обороны США К. Уайнбергер официально пригласил присоединиться к программе Стратегической оборонной инициативы (СОИ) всех союзников по блоку НАТО, а также Японию, Австралию и Израиль. В мае 1986 года в программу "звездных войн" официально вошел Израиль. Его фирмы "Рафаэль", "Исраэль эйркрафт индастриз" и "Элон электрооптикс" активно включились в работы по созданию мощных лазерных установок, специальных компьютеров и роботов с искусственным интеллектом. А летом 2000 года на полигоне США были проведены испытания американо-израильского боевого лазера. В условиях, приближенных к боевым, впервые была сбита ракета российской системы залпового огня "Град" длиной 3 метра и диаметром 12,5 см с осколочно-фугасной головной частью (именно такие ракеты запускались на израильскую территорию из Ливана боевиками организации "Хезболлах" несколько лет тому назад). После испытаний генерал-лейтенант Джон Костелло, командующий войсками ракетно-космической обороны США, заявил: "…только что мы превратили научную фантастику в реальность". Тем самым, в настоящее время Израиль располагает первым в мире боевым противоракетным лазером наземного базирования ближнего радиуса действия. И хотя по уверениям руководства Америки такое оружие не планируется к использованию в вооруженных силах страны, еще весной 1997 года в западных СМИ появилось сообщение, что США планируют в конце 2002 года отправить в испытательный полет "Боинг-747" с высокомощным химическим лазером на борту. По расчетам специалистов луч лазера будет способен разрезать обшивку стартующих баллистических ракет. Барражирование таких самолетов вблизи территории страны, которая намерена запускать их, может свести на нет ее ответный (или упреждающий) удар. В связи с этим становится понятным спартанское спокойствие американцев при очередной неудаче испытательных пусков противоракет для НПРО.

Идея создания гиперскоростной электромагнитной пушки (электродинамического ускорителя массы) была реализована в 1916 году. На ствол орудия надевались обмотки из провода и по ним пропускали электрический ток. Снаряд под воздействием сил электромагнитного поля втягивался в катушки, получал необходимое ускорение и вылетал из ствола. В то время снаряд массой 50 грамм удалось разогнать только до скорости 200 м/с.

В 1990 году некоторыми американскими фирмами были разработаны и опробованы электромагнитные пушки космического базирования (их габаритные размеры соизмеримы с размерами грузового отсека МТКК "Спейс Шаттл"). В качестве снаряда в них применялись частицы высокоплотной плазмы массой 0,1 грамма, которые вылетали из ствола со скоростью 40 км/с – разрушение (или взрыв) боеголовки при встрече с таким "снарядом" неминуемо. Специалисты-разработчики считают, что для обеспечения высокой вероятности поражения взлетающей МБР необходимо выпустить четыре таких "снаряда".

К сожалению, рамки статьи не позволяют подробно описать устройство, возможности и способы применения оружия ПРО для борьбы с баллистическими ракетами различного назначения, а также некоторые известные варианты НПРО Америки. Подробно эти вопросы описаны в книге автора статьи "СОИ глазами русского полковника" (Все о ПРО). М., Издатцентр ЦСП "Ветеран отчизны". "Мегатрон", 2000.

Развертывание всего вышеперечисленного оружия (в том числе и противоракет с такими характеристиками) является прямым нарушением Договора об ограничении систем ПРО от 1972 года и неминуемо ведет к новому витку гонки вооружений, независимо от типа обороны (глобальной, национальной, региональной, тактической). Мнение политического руководства нашей страны по этой проблеме, обнародованное в июне 2001 года, отрицательно однозначно и бескомпромиссно.

Вот почему настораживают и вызывают недоумение предложения В.Путина, высказанные на встрече президентов России и США, где поднимался вопрос об изменении некоторых положений Договора по ПРО и сроках его действия. Но Договор-то бессрочный! В этом и был смысл его создания. В 1972 году международная общественность восприняла его как один из решающих шагов по окончательному прекращению гонки вооружений в космосе. Указанный Договор запрещает создание системы ПРО национальной территории, и США нарушат его, если развернут дополнительно к существующей базе противоракет хотя бы еще одну такую базу на территории одного из 50 штатов (или хотя бы одну противоракету на пусковой установке сверх 100 разрешенных). Поэтому пересмотр положений Договора по ПРО – это вопрос о доверии к политике нашей Родины на международной арене.

Прибытие в Москву эмиссара США Кондолизы Райс с пакетом предложений о вариантах модернизации договора по ПРО носит явно выраженный провокационный характер. Посулы о том, что от этой "ревизии" выиграет Россия и ее экономика, так как часть заказов на изготовление некоторых компонентов будущей ПРО будет размещена на российских предприятиях, не должны затмить здравый смысл: создание любой коалиционной системы ПРО подразумевает начало подготовки к реальным боевым действиям против отдельных государств или группы стран мира. Не стоит забывать – у руля этой гипотетической системы стоит не Россия. Создание же двух равноценных центров управления системой (а "убедительные" аргументы о дублировании, создании различной аппаратуры наложения "вето" на применение оружия – несомненно, последуют из-за океана) рассчитано на простаков.

Мало того. Визит Райс – это лакмусовая бумажка для выработки окончательной позиции США: если русские пойдут на переговоры по ревизии договора, то зеленый свет для создания системы НПРО открыт. А уж как защищать свою страну от баллистических ракет – это их дело. Но ясно одно: в этом случае только наземными противоракетами американцы не ограничатся.

Вывод: развертывание НПРО – это начальный этап для последующего довооружения США другими, более эффективными средствами борьбы с баллистическими ракетами, и постепенное превращение ее в глобальную противоракетную оборону в интересах одной страны.

Создать стратегически значимую систему ПРО совместно с НАТО – вообще утопия. Чтобы не допустить ракетного удара по территории России, нам, хочешь - не хочешь, придется в будущем создавать пусть и упрощенный, но дубль собственной национальной системы ПРО. Экономически сейчас это нереально.

В чем же дело? Неужели американская наука и техника готова к созданию надежного противоракетного щита своей страны? Наши специалисты весьма скептически отвечают на этот вопрос – даже уровень технологического производства новейших противоракетных систем оружия многоликой коалиции Америки с потенциалом Европы и Японии на сегодняшний день не может надежно защитить территорию любой страны мира. Но также уверенно наши ученые отвечают и на другой вопрос: а возможно ли вообще создание такой системы? Да, возможно. Нужны только время и огромные, несоизмеримые с доходами даже такой страны, как Америка, денежные вложения. Вот о них-то под сурдинку и идет речь.

Действительно, если некоторые американские фирмы "удачно" оттесняют зарубежных конкурентов на рынке сбыта оружия так называемого "оборонного" применения (танки, самолеты истребительной, штурмовой и транспортной авиации, вертолеты различного назначения, артиллерийские системы, стрелковое оружие и т. д.), то на чем зарабатывать таким гигантским концернам, как "Локхид", "Мартин-Мариетта", "Макдоннел-Дуглас", "Дженерал моторз". "Телдайн Браун", "Рокуэлл", и множеству других, специализирующихся на выпуске ракетно-космической техники?

Вот почему группа корпораций военно-промышленного комплекса США с высокотехнологичным производством так надеется на то, что президент Буш-младший сумеет уговорить русских отказаться от соблюдений положения Договора о ПРО. Нынешние ежегодные 5 млрд. долл. направлены, в основном, на научные разработки, создание макетов и отдельных образцов новейшего оружия противоракетной обороны. Но они не идут ни в какое сравнение с теми доходами, которые получат указанные корпорации с началом развертывания работ по программе НПРО. Только первые прикидки показывают, что налогоплательщики Америки заплатят за нее как минимум 46 млрд. долл. За такой куш стоит побороться, но пока на пути стоит Россия и собственная подпись президента Америки. Сумеют ли американцы "уболтать" российского президента, Государственную думу и Совет Федерации России – покажет время.

Бессрочный Договор по ПРО сегодня для американского военного бизнеса – как кость в горле, которую нужно срочно удалить. Но при этом необходимо еще "подтолкнуть" Россию в деле дальнейшего сокращения наступательных вооружений: только тогда, как считают американцы, планируемая система ПРО сможет справиться со своей задачей.

Что это значит? По мнению американской стороны, оба процесса должны идти параллельно. И мы, и они должны сокращать свой стратегический наступательный потенциал – межконтинентальные баллистические ракеты (МБР) различных видов базирования и дальнюю ракетоносную авиацию. Но при этом США будут строить свою национальную противоракетную оборону. У нас сейчас сил и средств для этого нет, и еще долго не появится, да мы и не собирались разрабатывать собственную ПРО, видимо, наивно веря в незыблемость Договора по противоракетной обороне от 1972 года, когда наши страны окончательно и, казалось бы, навечно решили остановить гонку вооружений в космосе.

Что касается наступательного потенциала, то есть очередного радикального сокращения МБР,– тут наши позиции сходятся стопроцентно: мы за новый Договор СНВ-3, который приведет наши страны к еще более низкому порогу взаимоуничтожения в случае ядерного конфликта. Правда, даже после выполнения условий и этого Договора, применение 2000-2500 термоядерных боеприпасов у каждой из сторон вряд ли оставит шанс для выживания человечества на планете.

Но настораживает другое: чистоплотность партнера в выполнении положений уже подписанных и частично реализованных Договоров СНВ-1 и СНВ-2. Например, по тому же Договору СНВ-1 на всех 94 американских стратегических бомбардировщиках В1-В должны быть демонтированы прицельные электронные комплексы для пуска крылатых ракет "Томагавк", а также, как оговорено Протоколами к реализации указанного Договора, вырезаны "…методом, аналогичным сварке" сами места крепления таких ракет. Что интересно: ни один из самолетов не был перегнан на завод-изготовитель. Американцы силами авиабаз поставили дюралюминиевые крышки-заглушки на бывшие места крепления подвесных пилонов – этих воздушных пусковых стволов крылатых ракет. Сваркой тут и не пахнет. Что под заглушками – неясно. На просьбу наших инспекторов визуально убедиться в выполнении всего объема работ зазвучала малоубедительная риторика на тему… традиционного русского недоверия.

Конечно, нужно учитывать, что это был первый, уникальный в своем роде подобный Договор, и без накладок и недоразумений, безусловно, обойтись не удалось. Поэтому вызывает удивление, что в Договоре СНВ-2, ратифицированном Госдумой весной прошлого года, ничуть не меньше как технических, так военно-стратегических "вывертов", и что можно констатировать уже как печальную закономерность – все не в нашу пользу. Судите сами.

Исторически сложилось так, что примерно 60% стратегических ядерных боеприпасов России размещены на МБР наземного шахтного базирования (в США примерно столько же их находятся в шахтах атомных субмарин). Договором СНВ-2 предусмотрено резкое ограничение числа боевых блоков индивидуального наведения на цели именно на МБР наземного базирования. Тут нужно учесть, что наши стратегические ракеты оснащены 6-10 боевыми блоками, а аналогичные американские – тремя, за исключением 48 ракет МХ, которые имеют 10 таких блоков.

Смысл Договора понятен и благороден – сокращение наступательных вооружений. Так вот, мы будем сокращать себя более чем вполовину, а американцы – лишь на 30%. Вызывает недоумение, почему мы идем на явные, ничем не аргументированные уступки? Почему, к примеру, мы свою "Сатану" режем на части, взрываем, одним словом – уничтожаем, а вот они своего "Миротворца" (МБР "МХ") модернизируют?

В чем заключается модернизация? Американцы, видите ли, согласны уничтожить лишь первую ступень ракеты, а две оставшиеся ступени вместе со ступенью разведения и сами боеголовки отправляют на складское хранение (по Договору СНВ-1, МБР "МХ" отнесена к ракетам мобильного базирования, а значит, подлежит полному уничтожению). Объяснение? Налогоплательщики США не поймут военных, которые режут новейшие ракеты,– ведь их можно использовать в коммерческих пусках. Для этого и модернизируют первую ступень. Конструктивно она как две капли воды похожа на уничтожаемую – ведь производится она на том же заводе в штате Юта и на той же технологической линии, что и боевая ступень ракеты "МХ". Конечно, прошло более десятка лет со дня постановки на боевое дежурство этих ракет. Понятно, что новые технические идеи помогли улучшить тяговые характеристики той же первой ступени при неизменных габаритах. Но понятно и другое – хранимые на складах 48 "мирных" ракет в любой момент смогут оказаться боевыми…

В заявлении президента Дж. Буша-младшего о намерении приступить к созданию национальной противоракетной обороны США ничего удивительного нет. Америка, если только это выгодно ей, способна разорвать любой договор, невзирая на престиж страны, наплевав на голосование в Конгрессе и Сенате, а также подпись своего президента. Ничего не случится, проглотят! Ведь большинство стран так опутаны всевозможными американскими контрактами, договорами и соглашениями, а главное – долгами, что, несмотря на давнишнюю неприязнь к наглым и бесцеремонным янки, им уже не раз приходилось делать хорошую мину при плохой игре этого партнера.

Но главное в заявлении Буша-младшего кроется в сугубо экономической области. Именно этому главному для Америки экономическому вопросу (глубоко закамуфлированному под военно-политическую проблему) и был посвящен саммит Евросоюза, который состоялся 11-12 мая в Париже. Одним из центральных вопросов на сессии Евросоюза был обмен мнениями о целесообразности создания Европейской ПРО. Правительственная делегация России, а также делегация Госдумы, возглавляемая председателем комитета по обороне генерал-полковником А. И. Николаевым, грамотным и осторожным, но по-армейски принципиальным политиком (вспомните сотни КамАЗов-спиртовозов из Грузии, которые не прошли через Николаева в Россию, пока его самого "не ушли"), очень взвешенно оценили предложения американцев. А именно они являются инициаторами этой сессии (хотя выражали их мысли заинтересованные европейские политики). Ту же цель преследовал заместитель министра обороны США, планомерно "объезжая" возможных союзников создания НПРО Америки.

По большому же счету, речь идет о том, быть или не быть новой валюте евро (вернее, упадет или сохранится ее высокий курс на рынке валют). Принятие решения о создании Европейского ПРО автоматически прицепит поезд Европы к локомотиву Америки. Альтернативы здесь нет – только в США аккумулированы новейшие научно-технические разработки для борьбы с баллистическими ракетами различных классов, а также промышленные мощности для их реализации в боевые образцы в массовом масштабе. Оголтелая в годы "холодной войны" гонка вооружений (сегодня – против виртуального противника в лице неугодных Америке стран, а точнее, политических режимов в этих странах) неминуемо резко срежет финансирование многих общественно-социальных и правительственных программ стран Европы, включившихся в создание противоракетного зонтика. А это, в свою очередь, безусловно приведет к падению курса евро и поднимет доллар, так как в Америке весь военно-промышленный комплекс наконец-то заработает на полную мощность. Разумеется, малая толика в создании оружия ПРО будет брошена, как кость, на откуп европейским военным промышленникам, но это никак не скажется на стабилизации нарождающейся валюты Европы.

Несмотря на взаимный обмен комплиментами между В. Путиным и Дж. Бушем-младшим во время короткой встрече в Генуе, нужно помнить одно – президент США рано или поздно будет обязан выполнить требования тех кругов бизнесменов от военно-промышленного комплекса, которые привели его к власти. В конце июня министерство обороны направило запрос ассигнований на 2002-й финансовый год в Конгресс США. В этом проекте из общей суммы в 328 млрд. долл. на исследовательские и конструкторские работы в области ПРО намечено выделить 7,9 млрд. долл. Напомню, что в пик развития программы СОИ в 1990 году из запрошенных 4,6 млрд. долл. Конгресс реально выделил только 3,8 млрд.

Сегодня ясно одно: сенсаций и скандалов не избежать. "Пробивать" создание собственной НПРО, а также подталкивать других к подброшенной ими идее организации Европейской противоракетной обороны, Америка будет любыми способами и средствами, и это – несмотря на весьма осторожные, а зачастую и негативные оценки по этим проблемам Франции, Германии, Китая, Индии и многих других стран мира.