Суворов Дмитрий Владимирович

кандидат культурологии, лауреат премии им. Бажова

БЛЕСК И НИЩЕТА ЮБИЛЕЕВ


Прошедшая неделя была “урожайной” на юбилеи. Сразу две круглые даты определяли генеральную литию телевизионного репертуара: 90-летие прославленного отечественного кинорежиссера Леонида Гайдая и 70-летие окончания Сталинградской битвы. Обе даты – в высшей степени знаменательные; естественно, каждая из них была озвучена соответствующей тематической ретроспективой. Однако... впечатления от каждой из этих киноподборок создались не просто разные, но едва ли не полярные. Дело в том, что на наших глазах в программах ТВ сошлись два едва антагонистических феномена – феномен настоящего, большого искусства и феномен очень проблематичной конъюнктурной политики.

Леонид Гайдай – режиссер из числа тех, кого еще при жизни начинают именовать классиками. Это как раз тот самый случай, о котором говорят стереотипную, но не теряющую значения фразу: “Время над ним не властно”. Его творчество – истинный образец высокой художественности, которая не девальвируется, несмотря на все исторические и социальные пертурбации. И это притом, что творчество знаменитого режиссера невероятно, поразительно демократично – едва ли какой другой коллега Гайдая по кинематографическому цеху мог похвастаться такой поистине всенародной популярностью в эпоху “развитОго социализма”! Причина проста: Леонид Гайдай реализовал свой сверкающий талант в сфере комедии – жанре древнем, неизменно любимом и... дьявольски трудном. Достаточно вспомнить, что в позднесоветские годы, начиная с хрущевских лет, родной кинематограф выпускал множество комедийных лент – но ни одна из них даже отдаленно не могла сравниться с гайдаевскими шедеврами по качеству и всенародному резонансу (только Александр Серый с его “Джентльменами удачи” сумел составить Гайдаю конкуренцию в той же “экологической нише”). Причем, что характерно – если младший современник Гайдая, Эльдар Рязанов, будет подвизаться в сложном синтетическом жанре трагикомедии, то сам Гайдай в своем творчестве постоянно воплощал сферу чистой комедийности, с уклоном в легкую пародийную эксцентрику. И – вошел в золотой фонд отечественного культурного наследия, без которого мы уже не можем представить себе современное искусство России...

Именно такое впечатление оставила ретроспектива лент Гайдая на Первом канале – встреча с добрым старым знакомым. Картины знакомы с детства, просмотрены тысячу и один раз – и все равно остается желание пересмотреть их тысячу второй раз (причем при новом просмотре обязательно находишь что-то новое!). Все, казалось бы, уже известно до мелочей – с первых звуков искрометной свингующей музыки Леонида Зацепина, с первых видеорядов на экране, с первых реплик актеров (все фильмы Гайдая буквально “растасканы” на цитаты!) – а свежесть зрительского впечатления не покидает: привилегия истинно высокого искусства! Такая реакция возникает при просмотре шедевров, не требующих комментариев – кинолент “Кавказская пленница” и “Операция “Ы”, или новые приключения Шурика”. Но столь же яркое впечатление производят и показанные ранние работы режиссера – практически “немые” короткометражки “Самогонщики” и “Пес Барбос и необыкновенный кросс”. Они запоминаются хотя бы потому, что именно здесь Гайдай нашел и создал свое великолепное комедийное открытие – блистательную коллективную “маску” Трус – Балбес – Бывалый (сверкающее трио в лице Г. Вицына, Ю. Никулина и Л. Моргунова), Ту самую комическую “троицу”, которая впоследствии будет принимать на себя основную образно-эмоциональную нагрузку в последующих шедевральных лентах...

И еще – поздняя работа Л. Гайдая, комедия “На Дерибасовской хорошая погода. или На Брайтон-Бич идут дожди”. Здесь талант режиссера оборачивается новыми, свежими гранями. Это – великолепная остросатирическая пародийная лента, где пародируется целый пласт советской истории – от речевых стереотипов Ленина, Сталина, Хрущева и Горбачева до патриотических штампов Великой Отечественной войны, от еврейской составляющей советской культуры (в том числе криминальной) до всеобщей “закэгэбэшенности” “совковой” жизни, от демонстративной (и потому идиотской) “перестроечной” линии силовых структур на “дружбу с Америкой” до полета Матиаса Руста...

Резчайший контраст являет собой телемероприятия, посвященные Сталинграду. Это может показаться парадоксом: как же, ведь Сталинградская битва – одно из самых культовых событий нашей современной истории, истинно переломная дата в истории той войны... Но именно потому, что Сталинград в нашей истории остался в таковом, едва ли не сакральном качестве – он с самого победного 1945 года играл и продолжает играть кардинальную роль в официозном псевдоисторическом мифотворчестве, составляя важнейшую составляющую официальной “державнической” идеологии. А посему – о Сталинграде в “подконтрольных” СМИ принято высказываться в абсолютно определенном ключе, и “шаг вправо, шаг влево рассматривается как побег”. Результат практически запрограммирован – все телевизионные “сталинградские” проекты, явленные зрителю, несут в себе черты типичной для советского (и российского!) истэблишмента фальши и псевдопатриотической напыщенности, за которой фатально испаряется историческая правда.

Собственно, сталинградская тема на минувшей теленеделе в основном была представлена двумя проектами. Это, во-первых, тысячекратно демонстрируемый на разных каналах сериал Ю. Озерова “Сталинград” – самая позорная, самая проституированная лента из всех военных озеровских киноэпопей. Здесь с точки зрения соответствия хотя бы крупицам исторических реалий – просто не о чем писать: здесь тотально извращено ВСЕ, и это “все” надо понимать буквально. Собственно говоря, все эпопеи Озерова представляют из себя “дистиллировано” (с точки зрения соответствия официальному позднесоветскому сталинизму) выверенные псевдоисторические “кинолубки”, где главное достоинство лент состоит именно в “верности линии партии”. Данный же образец сморится совсем гротескно – в силу того, что снят режиссером уже в перестроечную эпоху, когда “что-то” уже стало “можно”; вот только это “можно” создатели картины реализуют не в области исторической правды, а в области... эротики. Сцена секса в момент адской бомбардировки 23 августа 1942 года, когда нагая героиня Е. Стриженовой извивается в оргазме под кошмарный аккомпанемент разрывов немецких фугасок – это, пожалуй, самый отвратительный эпизод за всю историю отечественного кино...

И еще – новый российский сериал “Ночные ласточки” (2012 г.), посвященный подвигам легендарного женского полка ночных бомбардировщиков. Опус, заключающий в себе все худшие черты современного “военно-патриотического” кино. Сюжетно – все крутится вокруг любовных перипетий (“гламур” по-военному!). Актерская игра – “сериальный стандарт” (не надо объяснять, что это такое); речевая манера и даже лица актрис – совершенно не соответствуют “образу эпохи”. Событийная сторона ленты – натуральный бред: девочек-летчиц все время используют в качестве... спецназа, вместе с разведчиками, для реализации сногсшибательных (и совершенно фантастичных для той войны) спецопераций... Наконец, исторический антураж – вообще “вне конкурса”: ну нежели создателям картины не известно, что власовцы появились на фронте только в конце 1944 года? Что они никогда не ходили в немецкой униформе, а на рукавах у них был шеврон в виде Андреевского флага? Что, наконец, немцам не было никакой нужды в 1943 году испытывать химическое оружие на жителях оккупированных территорий – они этому учились в 30-е гг. в СССР, в тренировочном лагере под Липецком?.. Так идеология профанирует и обесценивает действительно великое эпохальное событие – и это глубоко трагично. Хотя бы потому, что массовое восприятие либо напитывается соками фальсификаций, либо приобретает черты исторического цинизма – и может вместе с негодной водой выплеснуть и ребенка.

 

леснуть и ребенка.