18 мая 2013 г.

Суворов Дмитрий Владимирович,
кандидат культурологии, лауреат премии им. П. П. Бажова

ЧТО ПРАЗДНУЕМ?


Первая треть года в России – как и в СССР – ознаменовывается триадой типично “советских” праздников: 23 февраля, 8 марта и 1 мая. Они уже стали в нашей стране традиционными, приобрели собственное – и достаточно специфическое, не совпадающее с первоначальным замыслом – содержание: первые два превратились в своего рода “гендерные” празднества (день мужского и день женского начал), 1 мая стал “праздником весны” (почти как возрождение древнеславянского язычества). Однако у всех этих трех праздников, имеющих однозначное происхождение из советского прошлого, имеется предыстория и определенная историческая подоплека, о которой предлагаю поговорить. Если совсем прямолинейно – ставлю провокативный вопрос: что, собственно, мы в эти дни празднуем? И тут выясняется, что с этими “всенародными” празднествами – всё весьма не элементарно.

Наиболее просто дело обстоит с 8 марта – этот день был предложен Кларой Цеткин в качестве Международного женского дня на 2-й международной женской социалистической конференции в Копенгагене в качестве своеобразного “всемирного дня левых феминисток”. Кстати, попытки организовать подобное празднество предпринимались неоднократно и до Клары Цеткин, и даты неоднократно менялись. На Западе популярной была легенда о том, что отмечание 8 марта пошло от “марша пустых кастрюль” – акции протеста нью-йоркских домохозяек в 1857 году: исторически эта версия не подтвердилась, и вообще она родилась исключительно в силу стремления непременно разминуться с днем 8 марта, приобретшем откровенно “совковое” звучание... Кроме того, именно 8 марта в 1917 году началась Февральская революция. Что совсем пикантно, официальным государственным праздником в СССР (и осмысленным как “дата для всех женщин”) день 8 марта стал только в... 1966 году (!). Как видим, вокруг этого “красного дня календаря” существует много неоднозначных моментов – это помимо того, что содержательная сторона праздника в наши дни в России подвергается критике сразу с нескольких противоположных позиций: “женский день”-де пропагандирует сексистские штампы, 8 марта совпадает с празднованием Пурима в иудаизме, а также с Великим постом в православии, и т. д.

С Первомаем – еще интереснее. Формально он начал отмечаться как “день солидарности трудящихся” после событий 1886 года в Чикаго, когда в результате организованных анархистами акций протеста имели место человеческие жертвы. Однако... в этот день в разных странах традиционно отмечаются совершенно другие праздники, зачастую весьма специфичные – например, День рождения Будды в Корее или... День суслика в Канаде (!). Самые интересные из них – это Белтейн (праздник весны) в Викке, современном кельтском неоязычестве, а также так называемая Вальпургиева ночь. Последняя, по генезису – также языческое празднование (и тоже связанное с началом весны), но осмысленное в современном оккультизме как Великий бал у Сатаны (да-да, тот самый, булгаковский!). Совсем пикантно, что именно в ночь на 1 мая покончил с собой Адольф Гитлер – для него смерть в канун Вальпургиевой ночи носила глубинный магический смысл, что-то вроде высшей сакральной жертвы. Такие вот экзотические и весьма двусмысленные мотивы...

Но совсем экстравагантно выглядит история с 23 февраля, который в СССР именовался Днем Советской армии. В этот день в 1918 году новорожденная Красная Гвардия якобы героически остановила под Нарвой и Псковом германских интервентов... Об этом были написаны повести и рассказы, сложены песни, сняты фильмы, нарисованы картины (одна из них до сих пор выставляется в экспозиции Музея Вооруженных Сил России в Москве)... А вот что по этому поводу написал человек, который был не только современником и очевидцем событий 23 февраля, но и их главным инициатором: итак, слово Владимиру Ильичу Ленину: “Неделя 18-24 февраля 1918 года, неделя военного наступления империалистской Германии на Советскую социалистическую республику, явилась горьким, обидным, тяжелым, но необходимым, полезным, благодетельным уроком. ...Мучительно-позорные сообщения об отказе полков сохранять позиции, об отказе защищать даже нарвскую линию, о неисполнении приказа уничтожать все и вся при отступлении; не говорим уже о бегстве, хаосе, безрукости, беспомощности, разгильдяйстве”. Это – из общеизвестной статьи “Тяжелый, но необходимый урок”; из работы вождя мирового пролетариата, которую в советские годы студенты в вузах обязаны были знать почти наизусть... Известный военный исследователь Виктор Суворов дополняет картину следующим колоритным сообщением: “Красногвардейцы бежали от мизерных немецких отрядов 123 километра (!!! – Д. С.). Три марафонских забега по мокрому снегу”. А командир красногвардейцев Павел Дыбенко (до этого отметившийся страшными расправами над безоружными) не мелочился и добежал аж до Самары...

Это – самый позорный эпизод за всю историю советских Вооруженных Сил: второго такого просто не найти. И именно эту стыдную страницу, позорящую овеянные славой знамена русской армии, мы каждый год отмечаем как ДЕНЬ ЗАЩИТНИКА ОТЕЧЕСТВА! Умом Россию не понять...

Впрочем, все здесь как раз понятно, и объяснения сего отвратительного парадокса сейчас будут предоставлены читателю. Суть в том, что “отцом-основателем” Красной Армии был, как известно, Лев Троцкий: до сих пор российские юноши, служащие в армии, принимают присягу по тексту, написанному лично Львом Давыдовичем... А вот это положение совершенно не устраивало Сталина: отношения последнего с экс-председателем Реввоенсовета общеизвестны. И Иосифу Виссарионовичу было смертельно необходимо “разминуться с Троцким” в праздничной дате; найти такой эпизод для “рождества Красной Армии” (пусть совершенно лживый – это для Сталина не проблема), который хронологически лежал бы РАНЬШЕ назначения Троцкого главой красного военного ведомства. Тут-то и подвернулся злополучный февральский эпизод – а, собственно, какая разница, о чем врать? Тут сгодился бы повод и более малозначительный, чем то срамное красногвардейское бегство (как написал в другой своей статье Ильич, “сойдет и такое идиотское слово, как “большевик”)... Тем более что в сталинской империи был создан отработанный до деталей механизм создания “виртуальной истории”, превращения последней в единственно возможный вариант для подцензурной печати, и свирепейшего подавления любых альтернативных версий – чтобы никто ни о чем и не догадывался...

Однако – у “дела о 23 февраля” есть и совсем неожиданный поворот: дело в том, что история иногда любит эксцентрично пошутить. В тот февральский день 1918 года в России, помимо красного двинско-нарвского позорища, произошло и еще одно событие – свойства совершенно противоположного. 23 февраля начался легендарный Ледовый поход Корнилова – поход, в котором Белое движение впервые нашло и осознало себя в законченных организационных и символических формах. То есть, в этот день фактически имел место день рождения Белого движения... Причем в данном конкретном случае – все состоялось именно в той стилистике, которая требуется для рождения национальной героической традиции: беззаветное мужество участников, эпические сражения, невероятное (“суворовско-наполеоновское”) численное соотношение сражающихся, трагическая геройская гибель вождя белогвардейцев Лавра Георгиевича Корнилова при штурме Екатеринодара... И – возрождение, как Феникс из пепла, почти разгромленной в том походе Добровольческой армии под руководством Деникина, и путь к новым былинным победам... И еще: именно белогвардейцы осмысляли себя как единственные наследники русской военной традиции, именно они – при Врангеле – приняли название “Русская армия”...

Вот этот момент – как минимум, необходимо осмыслить. Как говорил герой Г. Честертона отец Браун, “выбирайте или нашу скучную законность, или ваш мятежный самосуд – но уж что-то одно”. Ведь празднуя сегодняшний “день защитника отечества”, мы – вольно или невольно – становимся перед нелепой альтернативой: что мы возвеличиваем – “красный” срам или “белый” подвиг... И не надо думать, что в нашем богоспасаемом Отечестве не осталось людей, помнящих свою РЕАЛЬНУЮ историю – людей, которым небезразлично, что является поводом для национального торжества: слава или бесчестие.