Последнее изменение страницы: 02 октября 2013 г.

Суворов Дмитрий Владимирович,
кандидат культурологии, лауреат премии им. П. П. Бажова

“ВАНГЕЛИЯ” – “БЛАГУЮ ВЕСТЬ ПРИНОСЯЩАЯ”


Вот и свершилось то, чего так многие ожидали с волнением и нетерпением. На “Первом канале” прошла премьера российско-болгарско-белорусского сериала “Вангелия” (режиссер – Сергей Борчуков), посвященного необычайному и захватывающему феномену – жизни и деятельности знаменитой болгарской ясновидящей и прорицательницы Ванги (Вангелии Гуштеровой).

Бывают факты духовной культуры, которые обладают особой способностью к “социальному резонированию”: по-моему, перед нами как раз такой случай. Представленный на суд зрителей сериал вызвал сильнейший общественный отклик даже не в силу присущих ему художественных достоинств или просчетов (о них – ниже), но именно из-за совершенно особенного интереса россиян к самому “феномену Ванги”. О природе этого феномена шли споры при жизни пророчицы, идут и сейчас – и это естественно: аналогичным было положение применительно к любой аналогичной фигуре, от Нострадамуса, Хануссена и Мессинга до Жанны д'Арк и св. Матроны Московской (кстати, аналогии именно с этими двумя персонажами мировой и сакральной истории звучали по отношению к Ванге уже не единожды).

Здесь есть и совсем драматически-гротескный аспект. Как известно, Русская и Болгарская православная церкви не только не признавали Вангу при жизни, но продолжают воевать с ней (зачастую некорректно) и после ее кончины. Этот момент почти карикатурно проявил себя сразу после премьеры фильма: диакон о. Андрей Кураев назвал “первоканальную” трансляцию ленты “ковровой бомбардировкой по Церкви”(!), а на очередном ток-шоу А. Малахова “Пусть говорят” при обсуждении “Вангелии” состоялся натуральный клерикально-мракобесный шабаш – ряд приглашенных журналистов на полном серьезе затеяли обсуждение на тему “Пророчества от Бога и от дьявола”. И безапелляционно заявляли, будто им известна “высшая истина”: Ванга, разумеется – посланник Сатаны, и не иначе… Воистину: если б не было нового фильма, его стоило бы придумать – для того, чтобы поставить современной России диагноз…

Если же говорить о чисто художественной стороне дела… Лента С. Борчукова – несомненная и впечатляющая удача. Положительных моментов здесь очень много – начиная с визуальной стороны ленты: впечатляет сам образ Болгарии, открывающий фильм (и сразу становящийся символическим) – аист летит над черепичными крышами, над сливовыми садами, над уходящими в небо горами Беласица… Очень достойна режиссерская работа, профессионально сработан сценарий. Последний оперирует реальными фактами из жизни Ванги – такими, как история ее семьи и семьи ее родителей, пребывание в пансионате для слепых в сербском Земуне, визит к Ванге болгарского царя Бориса III, а позднее – доверенного лица Б. Ельцина Сергея Медведева (роль последнего сыграл… сам С. Медведев!). Наряду с этим, в сценарий заложено и немало художественного вымысла: такова вся линия Ольги, русской эмигрантки и подруги Ванги, а также история современной российской журналистки Алисы, интервьюирующей прорицательницу. Ряд сюжетных допущений дискуссионен (типа пророчества о смерти Сталина), иногда даже эксцентричен – например, визит к героине Гитлера (в реальности никогда не бывавшего на территории Болгарии). Но фильм – произведение искусства, а не документальная хроника; поэтому все элементы вымысла здесь достаточно органичны именно с ракурса художественности.

Самая сильная сторона ленты – реализация актерского потенциала. Большинство артистов мощно и уверенно ведут свои “партии”, лепят яркие и запоминающиеся образы. Таковы Карина Андоленко и Светлана Кожемякина (Ольга), Антон Макарский (Митко Гуштеров, муж Ванги), Александра Платонова (Любка), Ирина Рахманова, Наталья Николаева и Дарья Отрошко (Ванга в детстве, юности и зрелости). Один из самых креативных экранных образов – Панде Димитров, отец Ванги (великолепная актерская работа Евгения Князева). Но эстетическая вершина и настоящая кульминация картины – образ старой Ванги, исполненный Еленой Яковлевой. Это – истинное артистическое мастерство; это, как говорил великий испанский режиссер Луис Бунюэль, “взрыв индивидуальности”. Прославленная актриса создала настоящий шедевр, который, безусловно, войдет в золотой фонд ее ролевого наследия. Роль, невероятно трудная даже физически (на съемках Е. Яковлевой приходилось ежедневно гримироваться по 5 часов и при этом сниматься с закрытыми глазами!) и тысячекратно сложнейшая психологически: тем более впечатляющ художественный результат.

Самое слабое место фильма – показ реалий Второй мировой войны: тут создатели картины “не вошли в местный контекст” и предпочли протиражировать привычный образный ряд. Гитлеровские оккупанты, гестапо в Софии, немецкий офицер грозится сжечь деревню со всеми жителями, если они не выдадут партизан (и расстреливает Васила, брата Ванги)… Это все – не болгарские реалии 1941-1944 гг.! Немецких войск в Болгарии тогда практически не было, они только транзитом проезжали через нее в Югославию и Грецию. И никаких деревень они там не жгли – не имели к тому ни прав, ни возможностей: Болгария не была оккупирована, и изо всех союзников Гитлера она была наиболее независима (в частности, Борис III категорически отказался воевать против СССР!). И никакое гестапо в Софии не функционировало; и болгарские партизаны воевали не против немцев, а против армии и жандармерии собственного государства. То есть, в стране имела место ситуация классической гражданской войны – проходившей, кстати, типично “по-балкански”, с зашкаливающей жестокостью… Этот момент досаден именно в силу своей общеизвестности – даже в советские годы это не было секретом: здесь сценаристу и режиссеру необходимо было элементарно повысить собственную эрудицию… И все-таки – фильм производит позитивное и сильное впечатление.

И еще – ощущение притчи о Большом и Сильном Человеке. Ведь герои фильма – и Ванга, и Ольга, и Алиса, и другие – живут и действуют в условиях или трудных, или просто нечеловеческих. И – побеждают! Можно сказать: давно на отечественном ТВ не было подобных глубинно-оптимистических лент (на уровне философской концепции). И это – отрадно и символично: ведь само имя “Вангелия” переводится с греческого как “благую весть приносящая”…