25 октября 2014 г.

Суворов Дмитрий Владимирович

кандидат культурологии, лауреат премии им. Бажова

“ЧУДИЩЕ ОБЛО, ОГРОМНО, ОЗОРНО, СТОЗЕВНО И ЛАЯЙ”


30 октября – День памяти жертв политических репрессий в России. Этой скорбной дате я и посвящаю нынешнюю статью.

История террора и репрессий в СССР имеет множество аспектов: один из них – политические процессы 20-30-х гг. Об этом грязном и трагическом эпизоде можно сказать стихами В. Тредиаковского, вынесенными в заголовок статьи. Об этом все – в “Архипелаге ГУЛАГ” А. Солженицына, во всемирно известных трудах Роберта Такера и Джеффри Хоскинга, да и сами материалы процессов (благодаря “всемирной паутине”) сегодня перестали быть “тайной за семью печатями”. Нас интересует, как эти продиктованные пропагандой политические спектакли освещались советской прессой – в частности, “Уральским рабочим”. И здесь к нашим услугам – прекрасный материал, ибо как раз в “УР” освещение и комментирование происходивших в столице судебных трагифарсов было поставлено на широкую ногу. Разумеется, характер этих репортажей был, мягко говоря, своеобразным – и отражал дух времени, пронизанный ненавистью и носивший все клинические признаки массового психоза…

Начиная с 1922 года, подборка материалов “УР” на данную тему отличается завидной полнотой. Практически только один крупномасштабный политический процесс того проклятого времени прошел мимо уральского печатного органа – это “дело Тухачевского – Якира”. Последнее понятно: сей процесс продолжался… один день (фактически даже – один вечер), и смертный приговор всем осужденным был приведен в исполнение немедленно после оглашения судебного решения (случай, беспрецедентный даже для сталинской юстиции!). Кроме того, он, похоже, шел в атмосфере повышенной секретности – что помешало провинциальной прессе вовремя откликнуться… Все же остальные – не могут пожаловаться на отсутствие внимания со стороны старейшего печатного органа Урала с еще дореволюционным стажем…

Вот наглядная картина. “Процесс правых эсеров” (с 8 июля по 7 августа 1922 года) – почти ежедневные публикации и комментарии в “УР”. “Шахтинское дело” 1928 года – статьи в номерах с 18 мая по 6 июня (с небольшими перерывами). Дело “Промпартии” – газетные материалы в промежутке с 27 ноября по 3 декабря 1930 года (практически – каждый день!). Дело “Союзного бюро меньшевиков” – репортерская “неделя без выходных”, с 3 по 10 марта 1931 года. “Первый московский процесс” против так называемого “Антисоветского объединенного троцкистско-зиновьевского центра” (“дело Зиновьева и Каменева”) – набор материалов с 20 по 24 августа 1936 года. “Второй московский процесс” (официальное название – процесс “Параллельного антисоветского троцкистского центра”, “дело Г. Пятакова – К. Радека – Г. Сокольникова) – репортерские отклики буквально каждый день, с 24 по 30 января (особенность освещения именно данного процесса – материалы занимают несколько страниц; в номерах от 26 и 30 января – всю газету!). Наконец, “Третий Московский процесс”, официально – “Процесс антисоветского право-троцкистского блока” (известен также как “Большой процесс” или “Процесс двадцати одного”; самые знаменитые обвиняемые – Н. Бухарин, А. Рыков, Н. Крестинский, Х. Раковский, Г. Ягода): эта самая грандиозная сталинская “постановка” шла с 2 по 13 марта 1938 года – и каждый день на эту тему в “Уральском рабочем” появлялись материалы. Причем никакой лапидарности, никакой “экономии места” – на сей раз редакция ничего не ограничивала, совсем даже наоборот: статьи – по странице (а то и по несколько, как в номерах от 6 и 13 марта), почти всегда – с фотографиями и карикатурами… Чувствуется – было дано четкое указание: эти публикации – приоритетные, ради этого материала все остальные должны потесниться…

Что бросается в глаза при чтении “процессных репортажей”? Во-первых, крайняя агрессивность и истеричность авторской интонации: точно по снайперскому определению из романа Дж. Оруэлла “1984”: “пятиминутки ненависти”. Вот некоторые цитаты, взятые почти наугад: “Вредителей расстрелять!” (27.11.1930, дело “Промпартии”), “Трудовым подъемом миллионов раздавить меньшевистскую гадину, пресмыкающуюся у ног империализма” (08.03.1931, дело “Союзного бюро меньшевиков”), “Могуч и грозен гнев народный” (22.08.1936, “Первый московский процесс”), “По всей стране бушует буря народного гнева: миллионы требуют расстрела троцкистских бандитов” (28.01.1937, “Второй Московский процесс”), “Стереть с лица земли гнусную банду” (05.03.1938, “Большой процесс”). И тут же – типичные образчики “коллективного подхалимажа” тех лет: “Мы все будем оберегать великую жизнь родного Сталина!” (тоже из номера от 22.08.1936)…

А кроме того – буквально режет сознание чудовищное и цинично демонстративное попрание элементарных юридическо-процессуальных основ (причем это надругательство над юриспруденцией с садомазохистской последовательностью выставлено в прессе напоказ). Ведь существует же такая элементарная “мелочь”, как презумпция невиновности! Пока не произнесен приговор – подследственные не могут считаться преступниками, это азы права… Но только не в СССР! Абсолютная константа всех без исключения публикаций “УР” на сию тему – изначальная железобетонная уверенность в виновности подсудимых (и зомбирующая пропаганда в данном направлении в адрес читательских мозгов). Эта мелодия звучит с самого начала, с процесса эсеров и “Шахтинского дела” (газетная стилистика этих стартовых “спектаклей” – несколько менее агрессивная по интонации, нежели у всех последующих) Но и там прямо на старте – “заявы” типа “Начался процесс над шахтинскими вредителями” (первый день слушаний – а уже приклеена “стигмата”!). Или как вам такой перл, прозвучавший 09.03.1931, на 2-й (!) день слушаний по делу “Союзного бюро меньшевиков” и почто полностью повторяющий (даже по персоналиям) аналогичный времен “процесса эсеров”: “Неумолимая классовая правда выстроила Пуанкаре и белогвардейского генерала Миллера, Рябушинского и Абрамовича, Пилсудского и Вандервельде в одну интервенционистскую банду”!

…Два пассажа при чтении архивных материалов буквально вгоняют в ступор – своей разящей символичностью. В одном из номеров 1922 года, посвященных “процессу эсеров”, можно увидеть такую карикатуру: подсудимые (все – лица еврейского происхождения) шаржировано изображены с утрированными “семитскими” чертами лица – а внизу надпись: “И почему это русский народ нас не любит?”. Это – за 25 лет до сталинских антисемитских компаний, это еще “при Ленине”! А в номере от 03.12.1930, статья о солидарности германского пролетариата против “врагов народа” называется – “Эршиссэн!” (по-немецки – “Расстрелять!”). Какие это вызывает исторические ассоциации – можно не объяснять…