20 августа 2014 г.

Суворов Дмитрий Владимирович

кандидат культурологии, лауреат премии им. Бажова

И ВСЁ ВОКРУГ КОЛХОЗНОЕ, И ВСЁ ВОКРУГ МОЁ…


Один из самых стойких штампов советской эпохи – о приоритете общественной собственности над частной (и о позитивности такого приоритета). Это был один из краеугольных камней Большого Советского Мифа, одна из главных его “несущих конструкций”, на которой все держалось. В самом деле: как говорил герой Достоевского, “если Библия ошибается, то какой же я генерал?”. Советская “Библия” ошибаться не могла по определению – иначе все просто рухнет… Поэтому именно данную мифоконструкцию охраняли особенно тщательно, превозносили в мраморе и бронзе. У всех людей старшего поколения на памяти песня с поистине программными словами: “И все вокруг колхозное, и все вокруг мое”…

Увы – народный фольклор осветил эту проблему в совершенно ином свете (а, как говорили в старину, “глас народа – глас Божий”). На память приходит следующий рискованный анекдот эпохи “развитОго социализма”. В колхозе идет награждение передовиков. “Комбайнер Иванов награждается двустволкой!” – всеобщее “Ура!”. “Механизатор Петров награждается мотоциклом!” – всеобщее “Ура!”. “Доярка Сидорова награждается ситчиком!” – всеобщее “Ура!”. “Председатель колхоза Придурков награждается полным собранием сочинений Ленина!”. Всеобщий вздох: “Так ему, суке, и надо”…

Невозможно обмануть ни природу человека, ни экономические законы! Ни в чем так гротескно не сказалась утопичность большевистского плана по переделке мира, как в именно этом приоритете “социалистической собственности” (проводимом к тому же все 74 неполных года существования “Совдепии” с истинно ослиным упрямством). Ленин, как известно, даже заявил, что в СССР не будет действовать закон стоимости – это примерно то же самое, как если б запретить на территории нашей страны действие закона всемирного тяготения… И, к тому же, “общее” – значит, государственное: так красивые популистские словеса обернулись заурядной (и архаической) монополией власти. Монополией, аналогом которой будут только экономические системы Древнего Востока… Поэтому “умный, бодрый наш народ” (помните Грибоедова?), не имея возможности что-то изменить на макроуровне, нашел стандартный для России выход из этой ситуации – брал все, что плохо лежит. Тем более, что к этому людей подталкивал искусственно созданный всеобщий дефицит… Эта ситуация, словно вышедшая из-под пера Карамзина (“Главное занятие русского народа – воровство”), стала базовой для самой сущности советской цивилизации – и отразилась во множестве информационных источников: не составляет исключения и публикации “Уральского рабочего”.

Вот один из самых ранних номеров – от 05.05.1921: там есть статья “Новый враг” – и под этим врагом подразумевается как раз “собственники”. Как говорится, “Рим высказался”… А вот в номере от 08.06.1927 – подборка материалов под общим девизом “Крепим хозяйство” (“крепеж” понимается исключительно как укрепление “социалистической собственности” против все того же “собственничества”).

Новые времена – новые песни… Номер от 08.08.1930 – и в нем целая “простыня” под заголовком “Очистим Надеждинский завод от ржавчины оппортунизма!”. Второй подзаголовок сразу раскрывает все: “Завод в плену мелкобуржуазной стихии”. Даже “позорная доска” с конкретными портретами помещена на всеобщее обозрение – крепко, похоже, рабочие нынешнего Серова заскорузли в нормальных для всей Земли экономических представлениях… А в номере от 02.01.1930 – статья “Пудинги с сахаром” с целой “картинной галереей” карикатур на все тех же зловредных “собственников”… Но вот уже – шутки в сторону: номер от 16.06.1930, “всенародное” обсуждение принятой Конституции, пространное выступление “работницы П. Г. Курочкиной” (так в тексте) “Как я понимаю нашу Конституцию”. Не будем наивными: “понимание” Конституции гражданкой Курочкиной есть просто рупор официоза – иначе кто бы ей дал такую трибуну? И тут все разложено по полочкам: понимание Основного Закона в интересующем нас аспекте – это полное торжество “социалистической собственности”, и точка. А чтобы уже все окончательно стало ясно – откроем номер от 17.07.1937: стилистика этого “девятьсот проклятого года” бьет в глаза – в статьях “До конца распутать вражеский клубок” и “Последыши врагов орудуют на сплаве”. Здесь “частнособственнические настроения” уже рассматриваются исключительно через прорезь прицела… И огромный доклад председателя Коминтерна Г. Димитрова (номер от 11.11.1938) в своей экономической части – от том же.

А вот и военная специфика: в номере от 08.08.1941 – статья “Внутренние ресурсы использовать по-военному”. Суровое время, конечно, диктует свои правила – и все-таки это и есть искомый результат всего задуманного: это как раз то, что ученые назовут “мобилизационной экономикой”. Она началась у нас задолго до 22 июня (согласно документам – примерно с 1927-1928 гг.), и в ней частная собственность не предусмотрена по определению…

Но самое интересное в публикациях “УР” начинается с постсталинских времен – когда жесткие тиски “мобилизационной экономики” несколько разжались (просто нельзя все время жить в стрессовом режиме!), и началось нечто вполне предсказуемое. Номер от 19.09.1959, хрущевская эпоха – целый каскад критических материалов типа “О неудовлетворительном качестве уборки картофеля” и “Не пора ли положить конец расхлябанности”: чувствуется, что “там, наверху” все же почуяли разницу между декларациями и жизнью…Тут же – и положительный пример: портрет “знатной утятницы Александры Ивойловой” как образец правильной линии (читаешь такие языковые перлы – и понимаешь, откуда в нашей литературе возник Виктор Пелевин!). В номере от 14.08.1968 (это уже Леонид Ильич у власти) – целый “подвал” под “титлом” “Общие принципы и национальные особенности в развитии социализма”: идет бурная “имитация деятельности”, иллюзия научного осмысления новых вызовов времени (а содержание, в том числе по вопросам собственности – 30-летней давности!). И, начиная особенно с 60-х гг. – нарастающая волна высмеивания “несунов”: невооруженным взглядом видно, что это явление стало проблемой (карикатуры в номерах от 07.07.1963 и 11.06.1972). Зато каков финал всей эпопеи! В номере от 09. 09. 1990 – огромная статья с портретом под оглушительным названием “Фермерша” (!!!). Вот где, оказывается, выход из, мягко говоря, затруднительной ситуации, в которую сами себя загнали! Как говорится, за что боролись... И вновь вспоминается анекдот – на сей раз о работнике, подозрительно похожем на Ленина, которого вызвали в местком и велели хотя бы побрить бороду. “Ну, богодку, батенька, я пожалуй, сбгрею – говорит работник – а вот идейки куда девать пгикажете?”…