23 апреля 2014 г.

Суворов Дмитрий Владимирович

кандидат культурологии, лауреат премии им. Бажова

КАК ИЛЬИЧ БРЕВНО ТАСКАЛ…


Коммунистические субботники... Социальное явление, без которого невозможно представить советский период в истории нашей страны. Явление, традиционно подаваемое в героических тонах, поднимаемое на котурны (типа интонации “Да, были люди в наше время!”), воспетое всеми без исключения “бардами” коммунизма. Достаточно вспомнить абсолютную хрестоматию, строки из поэмы В. Маяковского “Хорошо”: “Мы не уйдем, хотя уйти имеем все права. В наши вагоны, на нашем пути, наши грузим дрова”...

Но странное дело: если подробно просмотреть архивы газеты “Уральский рабочий”, может сложиться впечатление, что этого общеизвестного социального явления вроде как бы и… не было. Именно так! Можно просмотреть старые номера из желтой потрепанной бумаги объемом в не одно десятилетие (!) – и не найти ничего! Ни одного упоминания о том, как огромные массы, буквально миллионы людей на протяжении почти 80 лет по нескольку раз в год занимались неквалифицированным физическим трудом (вне зависимости от собственной профессии и квалификации, а подчас и вопреки им – вспомните сюжет рязановского “Гаража”!), не получая за свой труд ничего! За всю сталинскую эпоху мне в номерах “УР” удалось найти только четыре (!) статьи с упоминаниями о субботниках: это номера от 23.04.1932 (“Субботник по ремонту шахт”), 22.04.1934 (“Займовые субботники”), (23.04.1934), (“Грузить уголь и в праздники”) и 23.04.1935 (“Завтра субботник”). Как видно из дат, все эти статьи приурочены либо ко дню рождения Ленина, либо к 1 мая – в эти дни организация субботников к 30-м гг. стала обязательной. В последующие же годы практически всякая информация об этом экстравагантном социальном явлении со страниц “Уральского рабочего” исчезает фатально… Особенно вызывающе смотрится полное отсутствие информации на интересующую нас тему в выпусках военных лет: ведь документально известно, что именно в 1941-1945 гг. подобные мероприятия проводились чаще обычного, и проходили они с отнюдь не казенным энтузиазмом… В чем же дело?

А ответ, как представляется, содержится в целом каскаде публикаций “УР”, напрямую не связанных с субботниками, но перекликающихся с данной темой по некоему назойливо звучащему лейтмотиву – интонации, которая организована по принципу средневековой пытки “капание на мозги”. Все время – один вбиваемый гвоздем в череп императив: “Удесятерить внимание к производственным совещаниям” (22.04.1928), “Ленинская идея о соревновании в действии!” (23.04.1930), “Идея штурма зреет в сознании масс” (01.05.1934), “Дать простор стахановцам Красноуральска!” (23.04.1936), “Дадим больше руды заводам, больше меди стране”! (23.04.1939), “Организатор соревнования стопудовиков” (23.04.1940), “О развертывании социалистического соревнования среди работников сельского хозяйства” (23.04.1946), “Горячо одобряем призыв красноуфимцев” (24.04.1948), “Ширить стахановскую инициативу!” (23.04.1950), “В горячем соревновании” (23.04.1953),”Не успокаиваться на достигнутом” (22.04.1956), “Встретим весну во всеоружии!” (04.04.1959), “Где же внимание ударной стройке?” (23.04.1960), “Весеннему севу – боевые темпы” (22.04.1962), “Праздник труда” (23.04.1970)… И так – до самой “перестройки”, и во время нее тоже! Чувствуете назойливое, как зубная боль, ощущение “дежа вю”? Все время – призыв “даешь!”, все время – перманентное состояние аврала; все время – установка не на нормальную работу (с естественной для работников всего мира – но не СССР! – вопроса об эквивалентном вознаграждении!), а на “трудовые подвиги”. Фактически – предельно закамуфлированная жесточайшая эксплуатация “трудящихся” с замаскированным под “идейность” внеэкономическим принуждением… Даже в газетах 1937 года (номер от 23 апреля) огромные “подвалы” с призывами громить “троцкистскую банду” стилистически оформлены в том же привычном ключе – с призывами к “энтузиазму” и “перевыполнению”…

…В середине ХХ века трое крупнейших европейских исследователей – поляк Б. Малиновский, немец К. Поланьи и англичанин Дж. Далтон – создали оригинальную и цельную картину классификации социально-экономической организации общества по трем типам: “семейная экономика” (всеобщая внетоварная взаимопомощь, наподобие действий мирового сообщества при гуманитарных катастрофах), рыночная экономика и так называемая “редистрибуция”. Последняя представляет собой систему, при которой весь произведенный продукт изымается властью, а потом последняя распределяет ее по своему усмотрению (само слово “редистрибуция” означает “перераспределение”). Узнаете привкус? Как у поэта Тимура Кибирова: “Это все мое родное, это все фуе-мое”… Такой тип хозяйствования был типичен для Древнего Востока (и шире – для неевропейских сообществ), а затем реанимировался в СССР и странах с аналогичными режимами. И в этом типе социально-экономической организации общества мероприятия типа пресловутых “субботников” были абсолютной системой – они оформлялись как “работа на живого Бога” (так это осмыслялось, к примеру, у инков – сию практику еще застали испанские конкистадоры). Кстати, если вы думаете, что египетские пирамиды или Великую Китайскую стены строили рабы, то вы глубоко ошибаетесь – все циклопические стройки древности производились формально свободными жителями на “коммунистических субботниках”. И матрица мотивации была та же – на старте имел место реальный энтузиазм (подкрепленный религиозным рвением), затем очень быстро ситуация становилась “добровольно-принудительной”, превращаясь в откровенную трудовую повинность. А рассыпалась такая система именно на стадии перехода к рыночной экономике – как это произошло и у нас: вспомним, что анекдоты “про то, как Ильич бревно таскал” стали плодиться в “застойную” эпоху, а ближе к моменту краха СССР начались и интеллектуальные рефлексии на данную пикантную тему – понятно, без особого пиетета…

Вот вам и разгадка молчания “УР” о субботниках: уже к 30-м гг. они превратились в заурядную практику “древнеегипетской” принудительной экономики, стали скучной повседневностью. А о заурядном – не пишут…