20 августа 2014 г.

Суворов Дмитрий Владимирович

кандидат культурологии, лауреат премии им. Бажова

КОНДУКТОР, НАЖМИ НА ТОРМОЗА…


Помните песенку: “Постой, паровоз, не стучите, колеса; кондуктор – нажми на тормоза”? Очень актуальная песня сегодня оказывается, однако… А желание “нажать на тормоза” возникает в связи с изумительной историей, разворачивающейся у нас на глазах: речь идет о поездке Андрея Макаревича в Святогорский монастырь в Донбассе и выступлении артиста перед детьми беженцев из Донецка и Луганска (по приглашению президента “Фонда волонтеров Украины” Тимофея Нагорного). Точнее – о той, мягко, говоря, агрессивной реакции на этот вояж, которая имела место в Госдуме.

Вот, как говорится, “прямое включение”. Депутат Евгений Федоров предлагает лишить артиста всех государственных наград, званий и ордена “За заслуги перед Отечеством”. “Андрей Макаревич давно сотрудничает с фашистами. Этот выбор он сделал достаточно давно, еще когда перешел на сторону врагов Российской Федерации… Демонстративное неуважение к жизни человека, к Отечеству, демонстративная поддержка фашистов”. (Для справки: этот тот самый депутат Е. Федоров, который недавно изумил мир сногсшибательным заявлением о том, что Виктор Цой был… агентом американского Госдепа, и тексты его песен сочиняли в ЦРУ).

Член комитета ГД по культуре Дмитрий Литвинцев просто предложил… депортировать артиста на Украину: “У нас же были примеры, когда людей из страны высылали” (!). Не отстает и депутат Вадим Деньгин: “Ему хоть у черта деньги брать. Война войной, а обед по расписанию. Макаревич понимает, что кушать-то надо. Поэтому он прется (sic! – Д.С.) туда, где ему посулят. А я уверен в том, что там ему специально посулили большую сумму”. (Справка: поездка Макаревича в Святогорск носила некоммерческий и благотворительный характер). Естественно, не остался в стороне и петербургский господин Милонов, предложив и вовсе запретить концерты артиста в России (!): Милонов также заявил, что плохо относится к самому награждению “певунов” (буквально так, дословно!), а также, что за Андреем Макаревичем и вовсе не помнит каких-либо “ответственных гражданских поступков”, за которые он был удостоен наград…

Вот такое кино… А теперь позвольте процитировать еще несколько “перлов” – чтобы читателю стало ясно, откуда “дует ветер”. “Как говорится в русской пословице, и в хорошем стаде заводится паршивая овца. …Свинья не сделает того, что он сделал…А почему бы этому внутреннему эмигранту не изведать воздуха капиталистического, по которому он так соскучился, о котором он в своём произведении высказался. Я уверен, что наша общественность приветствовала бы это”. Узнаете? Это – из выступления члена ЦК ВЛКСМ В. Семичастного по поводу присвоения Борису Пастернаку Нобелевской премии за роман “Доктор Живаго”…

А вот еще. “Жаль, что сейчас суд руководствуется только законом, а не принципом революционной целесообразности, как в Гражданскую войну. Если бы к этим субъектам применили этот принцип – ой, не отделались бы они так легко!”. Это – из речи М. Шолохова на процессе Синявского и Даниэля… А уж пассажи, которые неслись в адрес Сахарова и Солженицына “во время оно”, цитировать не стану принципиально – потому что, по меткому определению публициста Айдера Муждабаева, нет желания изучать различные сорта нечистот…

Чувствуете “аромат совкового ностальджи”? Это все оттуда, это – голоса “вечно вчерашних”! Прямо ситуации из известной песни барда: “…когда в любой разговор все чаще и чаще вплетается запах дерьма из крысиных нор”… Во всей этой дурно пахнущей истории самое кричащее – именно этот бьющий в нос сталинистский запашок. Даже обвинение в выступлении “перед карателями” (прозвучавшее из уст Е. Федорова) – откровенный плагиат из тех “былинных времен” (по известному ироническому выражению В. Высоцкого). В истории СССР подобная ситуация повторилась дважды: первый раз – с Ф. Шаляпиным, второй – с М. Ростроповичем. Шаляпин выступал в Париже перед русскими детьми-сиротами, Ростропович в Америке – перед престарелыми ветеранами Первой мировой войны. В обоих случаях советский официоз обвинил гениальных музыкантов в “сотрудничестве с белогвардейцами”…

Эта история уже вызвала бурную дискуссию и выявила прелюбопытнейшие вещи. Прежде всего – полную юридическую невменяемость “народных избранников”. Совершенно прав философ А. Зеличенко, задавая следующие логичные вопросы: “Что, Россия и Украина – в состоянии войны? Или у РФ с Украиной разорваны дипломатические отношения? Или Россия уже признала ДНР и ЛНР в качестве субъектов международного права? Нет, РФ и Украина сохраняют дипотношения, послы сидят в Москве и Киеве, Украина даже по-прежнему – член СНГ”. То есть, с юридической точки зрения, поездка Макаревича не несет в себе никакого криминала: в демократических странах (а Конституция РФ недвусмысленно декларирует приоритет именно демократических ценностей) подобные акции есть дело личного выбора и личной совести художника. Были же в США и Чарли Чаплин, мужественно боровшийся с маккартизмом, и философ Ноам Хомский, сурово осудивший войну во Вьетнаме; и даже “ханойская Джейн” – актриса Джейн Фонда, ездившая с выступлениями в Ханой в разгар военного противостояния. Это вызывало различные оце6нки, и осуждение тоже – но Конгресс с репрессивными инициативами по сему поводу не собирался ни разу…

В конце концов, Ани Лорак недавно тоже ездила с концертом в Одессу (на территорию, контролируемую официальным Киевом), и никто на себе риз не рвал… Но даже если бы отношения были разорваны – и это не повод для подобных эскапад: в Грузию, с которой у РФ нет дипотношений с 2008 года, многие деятели культуры ездят регулярно – и ничего… Не случайно Элла Панфилова сразу же резко осудила думскую инициативу – за ее полнейшую правовую несостоятельность.

И насчет “фашистов” надо аккуратнее: пропагандистские телеклише – это одно, а точный смысл понятия (без которого юридически ничего не делается) – это совсем другое. Если дело дойдет до суда (на чем настаивает Макаревич), непременно возникнут вопросы типа: “А что, в Киеве у власти – конкретная фашистская партия? Тогда, пожалуйста, назовите ее название! Ах, таковой нет? Тогда сформулируйте те признаки, на основании которых нынешний официальный Киев можно определить как “фашизм”: к вашим услугам – известные научные труды о фашизме Ханны Арендт, Н. Бердяева, К. Фридриха, Желю Желева, Лоренса Бритта”. И только если удастся таким образом рационально доказать сей концепт – можно бросаться подобными обвинениями: в противном случае есть риск нарваться на известную статью УК об оскорблении чести и достоинства…

Кстати, обвинения в “фашизме” – тоже из репертуара советской пропаганды: в те годы этот жупел (прекрасно ложащийся на понятные комплексы “коллективного бессознательного”) клеили всем, кого хотели демонизировать. Например, в период с 1967 года и эпохой Горбачева “фашистским государством” стабильно именовали демократический и левосоциалистический Израиль – а после 1985 года даже вспоминать об этом стало неудобно…
А как вам пассаж Д. Литвинцева о том, что “у нас же были примеры, когда людей из страны высылали”? Если иметь в виду сферу культуры, то “у нас” высылали Солженицына… А до него был еще “философский пароход” 1922 года, на котором депортировали из страны Н. Бердяева, С. Франка, П. Сорокина, Ф. Степуна, Н. Лосского и еще десятки величайших мыслителей страны – эту акцию прозвали “вышибанием мозгов из России”. Их сочинения были прокляты и спрятаны от народа; а спустя десятилетия, в “перестройку”, когда они вернулись к нам – любой человек, имевший хотя бы подобие мысли и совести, готов был умереть от стыда за ту депортацию и наше беспамятство…

А, в общем, Макаревич разделяет участь всех российских нонконформистов, причем не только советских: ведь в нашей истории были не только Сахаров с Солженицыным, Синявский с Даниэлем и Вишневская с Ростроповичем, но и объявленный безумцем Чаадаев, сосланный на каторгу Достоевский, отлученный от консерватории Римский-Корсаков и преданный анафеме Лев Толстой (к слову, та анафема до сих пор не снята!). “Забыты те, кто проклинали; но помнят тех, кого кляли” – эта чеканная формула Евтушенко применима и к сегодняшней истории (за которую, уверен, нам всем очень скоро будет стыдно).