23 апреля 2014 г.

Суворов Дмитрий Владимирович

кандидат культурологии, лауреат премии им. Бажова

ПАТРИАРХ


В лучший мир ушел Габриэль Гарсия Маркес... “Что поделываете, полковник? – Да вот сижу, жду, когда мимо понесут гроб с моим телом”. “Только смерть приходит обязательно”: лучше самого Маркеса не скажешь…

Говорить о гении – бесполезно и бессмысленно. Тем более о таком, как ушедший из жизни Патриарх. Это слово, вынесенное им в название одного из самых своих знаменитых романов, идеально отражает масштаб явления, с которым столкнулась мировая культура в лице гениального колумбийца (и осознание того, чего мы сейчас лишились!). О нем нужно говорить в контексте созданной им вселенной – недаром Виктор Шендерович назвал писателя “демиургом”. На мой взгляд, лучше всего стилистически отразил это нынешний президент Колумбии Хуан Мануэль Сантос, откликнувшись в Твиттере на известие о кончине Маркеса следующими словами: “Тысяча лет одиночества и грусти из-за смерти самого великого колумбийца всех времен”…

Не будем говорить о смерти – будем говорить о жизни: ведь для творца физический уход ничего не значит, пока живут его произведения. И, окидывая взглядом окончившийся земной путь и пребудущее в веках художественное наследие “человека из Аракатаки” (маленького городка в департаменте Магдалена), стоит отметить три момента, имеющее глубокое значение для каждого из нас, выходящие далеко за пределы чистого искусствоведения.

Во-первых, бытие не определяет сознание. Эта пошлая вульгарная “мудрость” уже отравила сознание нескольких поколений наших соотечественников – потому что она очень удобна для сильных мира сего. Ведь, переводя ее на обыденный язык, мы получаем что-то вроде следующей посылки: если ты родился в стойле – то обязан быть скотом. И если тебя окружает бедность, пошлость и бездуховность – ты запрограммирован на страшный пушкинский диагноз: “Удел их всех из рода в роды – ярмо с гремушкою да бич”. Так вот, жизнь и творчество Маркеса – плевок в лицо всеми тем, кто смирился с этим приговором. Породившая писателя Колумбия – далеко не самая счастливая и процветающая страна на Земле (а по некоторым социологическим критериям она занимает самые худшие показатели на планете!). И именно эта страна, эта среда, этот социум – породили ушедшего ныне творца, и не только его: достаточно вспомнить, что писатель был составной частью потрясшего мир феномена – величайшей латиноамериканской литературы ХХ века, литературы “магического реализма”. Причем именно кричащие социальные язвы континента, который в глазах европейца “выглядит мужчиной с усами, гитарой и револьвером” (ирония Маркеса), переплавились в творческой лаборатории писателей этого направления в поразительный, самобытный и завораживающий мир. Казалось бы, что европейскому (и российскому) читателю до сельвы и льяносов, до быта “живущих в фавелах”, до крови и грязи терзавшей родину писателя Тысячедневной войны? А, по точным словам В. Шендеровича, “мы знаем Макондо лучше родных пейзажей – его муссонные дожди и сиесты, его алькальдов, врачей и адвокатов...”. Маркес не закрывал глаза на страшные проблемы своей страны; он ежедневно видел нищету и насилие, и никто лучше его не понимал, что “лучшее лекарство от диабета – бедность”, что “если бы дерьмо что-то стоило, бедняки рождались бы без задниц”, Но… помните, как сказал поэт – “если бы вы знали, из какого сора растут стихи”! Самое лучшее определение здесь – это формулировка Нобелевского комитета, присудившая Маркесу эту наиболее престижную премию планеты в 1982 году: “За романы и рассказы, в которых фантазия и реальность, совмещаясь, отражают жизнь и конфликты целого континента”.

Во-вторых, творцу (и человеку) всегда есть что сказать – вне зависимости от того, что до него сказали другие. Неоднократно отмечалось, что, в сущности, все творчество Маркеса – о любви. Вечная тема – и что можно произнести здесь нового после Петрарки и Шекспира, Пушкина и Гейне, Бунина и Булгакова? Оказывается – можно! Причем произнести, не впадая в высокопарность, а наоборот – говоря о высоком почти “сниженными” словами (вспомним, что один из лучших произведений писателя на эту тему называлось “Воспоминания моих грустных шлюх”!). И – какой художественный результат! “Сто лет одиночества”, “Любовь во время чумы”, “О любви и прочих бесах” – это уже такая же хрестоматия в вечной литературной Песни Песней, как и “Ромео и Джульетта”, “Мариенбадская элегия”, “Дама с собачкой”, “Гранатовый браслет”…

И наконец. Габриэль Гарсия Маркес своим творчеством показал, как один человек может силой своего духа менять даже политический статус мира. Казалось бы, что ждать в ситуации, когда на одной стороне – “хунты горилл”, вооруженные до зубов диктатуры (и вековая “этика пампы”, засевшие в генах традиции насилия!), а с другой – один безоружный “гнилой интеллигент”, вооруженный только пером (или клавиатурой компьютера)? Но… из-под пера этого интеллигента выходят такие книги, как “Генерал в своем лабиринте”, “Полковнику никто не пишет”, “Скверное время”, “Хроника объявленной смерти”, “Палая листва” и особенно “Осень патриарха” (само название стало нарицательным!) – и мир Латинской Америки стал другим, и время “горилл” ушло в небытие! Вновь стоит процитировать В. Шендеровича: “Авторитарный распад он описал так, что нам сегодня впору перейти на цитаты...”. И еще раз вспомнить разлетевшиеся по миру афоризмы колумбийского литературного “мага”: “Ни один безумец не безумен, если вслушаться в его доводы”, “Тихие сумасшедшие приближают будущее”. Это – самое главное завещание Маркеса всем нам: помнить, что “никогда не бывает слишком поздно”, что “лучше придти не вовремя, чем ждать приглашения”…