27 ноября 2014 г.

Суворов Дмитрий Владимирович

кандидат культурологии, лауреат премии им. Бажова

“СТОЯТ ОНИ, НАВЕКИ УПЕРШИ ЛБЫ В БЕДУ…”


“Блажен, кто посетил сей мир в его минуты роковые…”. Эти стихи как будто созданы про героев самых интересных телепроектов следующей недели. Личности неординарные, яркие, талантливые – настоящие “герои своего времени”. И при этом – с такими драматичными изломами биографий, что к ним приложима известная строчка А. Городницкого: “Стоят они, навеки уперши лбы в беду”…

…Антонио Сальери (“Культура”, суббота, 02.50, документальный фильм “Антонио Сальери”). Один из самых значительных мастеров в музыкальной культуре 2-й половины XVIII века, блистательно одаренный композитор, ученик великого реформатора оперы Христофора Глюка, звезда первой величины в плеяде венской классической школы, автор множества первоклассных сочинений в самых разных жанрах (оперы, концерты, симфонии, камерные ансамбли, духовная музыка). И еще – необыкновенно эрудированный человек, прекрасный и вдумчивый педагог, учитель трех гениев – Л. Бетховена, Ф. Шуберта и Ф. Листа (!). Казалось бы – что еще нужно для благодарной памяти потомков? И… судьба сыграла с маэстро злейшую и ужасную шутку, “приклеив” к его имени страшную стигмату, связанную с подозрением в отравлении Моцарта. Обвинение, редкостное в своей несправедливости: во-первых, причины смерти Моцарта неясны до сих пор (существует 18 версий того, от чего солнечный корифей венского классицизма скончался в 36 неполных лет); во-вторых, Сальери вовсе не был врагом Моцарта! Отношения этих двух композиторов были неровными (чередовались полосы дружбы и охлаждения), но оба глубоко уважали друг друга. И Моцарт даже отдал собственных детей Сальери как педагогу – считал, что лучшего наставника им не найти. Собственно, легенда родилась из-за экстравагантного обстоятельства: во время похорон Моцарта, проходивших при редкостно плохой погоде, до могилы из всех присутствовавших дошел только Сальери, и потом он долго молился на могиле безвременно ушедшего коллеги… Сперва была просто сплетня – но потом, после создания гениальной пушкинской “маленькой трагедии”, легенда заслонила собой реальность. И вот уже имя Сальери стало синонимом зависти и коварства – а потом, после драмы Питера Шеффера “Амадей” (и ее потрясающей экранизации Милошем Форманом), Сальери превратился еще и в “апостола бездарности”. Результат: не только его имя было опозорено, но и музыка его перестала исполняться! Большей посмертной казни трудно и представить… И только сравнительно недавно творческое наследие Сальери начало возвращаться в концертные залы…

А вот – генерал Василий Николаевич Гордов (“Россия 1”, вторник, 09.00, документальный фильм: “Бунт генералов. Генерал Гордов”). Один из самых колоритных и драматических героев нашей военной истории. Участник четырех войн (Первая мировая, Гражданская, Зимняя, Великая Отечественная), некоторое время командовал Сталинградским фронтом (на начальном этапе исторической битвы), возглавлял 3-ю гвардейскую армию 1-го Украинского фронта, отличился в боях в Силезии (за что получил звание Героя Советского Союза), участвовал в Берлинской и Пражской операциях. После войны – командующий Приволжского военного округа. Человек со сложным характером (как все сталинские командармы): резкий, жесткий, даже грубый (слыл первым матерщинником среди всего высшего командного состава). В его полководческой карьере взлеты чередуются с провалами. И, тем не менее – это подлинный (без всяких кавычек) герой той войны! По словам маршала И. С. Конева, “если взять в совокупности все операции, проведённые им во время войны, то они вызывают к нему уважение… Преданный делу, храбрый, сильный, своенравный и неуравновешенный – всего было понемногу намешано в своеобразной натуре Гордова”. А после войны – в 1946 году неуживчивый Гордов вошел в конфликт с всесильным Сталиным, был отправлен в отставку; не подбирая выражений, говорил о генералиссимусе все, что думал – и 12 января 1947 года Гордова арестовали. Суд, обвинение в подготовке физического устранения Хозяина – и смертный приговор, немедленно приведенный в исполнение. А когда в 1956 году последовал хрущевский “реабилитанс” – все места на Олимпе сформировавшегося мифа о войне были уже заняты, и имя Гордова кануло в Лету. А мы еще повторяли: “никто не забыт, ничто не забыто”…

Тему продолжает художественный фильм “Баллада о Беринге и его друзьях” (“Звезда”, среда, 03.05). И опять перед нами – целая группа людей с поистине “голливудской” биографией, подлинных героев нашего Отечества (причем героев фактически забытых!). О Беринге, легендарном командоре, заплатившем жизнью за подвиг двух Камчатских экспедиций, хотя бы напоминают географические названия на карте России – Берингов пролив, Берингово море, остров Беринга. Командорские острова. А его товарищи? А ведь это были люди необыкновенной судьбы. Алексей Чириков не только был правой рукой и заместителем командора, но и бесстрашно спасал людей из адских лап бироновщины. Штурман Дмитрий Овцын прошел через пыточные застенки Тайной канцелярии – и не сломался, стал активнейшим участником второй Камчаткой экспедиции, сыграл решающую роль в стирании с карт мифических земель Иессо, Кампании и Гамы. Савва Стародубцев принимал участие в мятеже против всесильного казачьего атамана Атласова (“камчатского Ермака”, по определению Пушкина) и участвовал в убийстве последнего: ему грозила казнь – а он не стал “залегать на дно”, пошел с Берингом в экспедицию (и спас ее на завершающем, самом трагическом этапе). Наконец, Георг Стеллер, немецкий биолог, чистейшей идеалист – он мог бы заниматься наукой и “не соваться не в свои дела”. Но… совесть не позволила! Стеллер наблюдал жесточайшее истребление русскими камчадалов-ительменов, аборигенов Камчатки (этот геноцид описан Пушкиным в повести “Камчатские дела”) – и не смог молчать, героически защищал избиваемых “туземцев” (на чем сломал собственную карьеру)…

Наконец, князь Григорий Потемкин-Таврический, чьей жизни “Культура” посвящает целый цикл передач “Князь Потемкин: свет и тени” (понедельник – четверг, 16. 35). Человек с характером, которого не придумал бы и Достоевский: “истинно велик был и в добродетелях, и в пороках своих” – так отозвался на смерть Потемкина фельдмаршал Суворов. Самодур, пьяница, бабник, мот, любовник и морганатический муж Екатерины Великой, фаворит и временщик, герой чудовищных загулов – после которых следовало судорожное истерическое покаяние (князь носил на себе вериги юродивого!). И – натура героическая, бесшабашная, способный военачальник, настоящий трудоголик и “самосожженец”. И еще – гениальный администратор; возможно – самый одаренный за всю российскую историю. Неблагодарная память запомнила только “потемкинские деревни” (показной антураж, изготовленный князем к приезду Екатерины в только что завоеванный Крым) – но забыла освоенные за считанные годы огромные территории Дикого Поля, уникальный проект приглашения европейских колонистов на гигантские пустующие земли. И – построенные города: Одессу, Николаев, Херсон, Ростов-на-Дону, Тирасполь, Севастополь, Симферополь, Ставрополь, Мариуполь, Мелитополь, Новороссийск, Екатеринослав (Днепропетровск), Александровск (Запорожье)… Подвижник и фанат своего дела, Потемкин и смерть нашел в дороге: почувствовав приближение конца, он ткнул тростью в спину ямщика и сказал: “Расстилай в степи кошму – помирать буду”. А в 1796 году император Павел, ненавидевший Потемкина (за его фаворитизм), повелел разорить его могилу в Херсоне – но жители города не позволили надругаться над последним приютом героя, тайно перехоронили основателя своего города, и после 60 лет твердо хранили тайну местонахождения тела князя (до самых реформ Александра II, когда мертвый Потемкин обрел окончательное упокоение)… Глядя на героев сегодняшнего обозрения, так и хочется сказать словами старой Графини из “Пиковой дамы” П. Чайковского: “Какие имена!..”