13 февраля 2015 г.

Суворов Дмитрий Владимирович

кандидат культурологии, лауреат премии им. Бажова

“ДАВАЙ ЗА ЖИЗНЬ – БУДЬ ПРОКЛЯТА ВОЙНА”


В известной песне группы “Любэ” есть раздирающие строки: “Давай за жизнь – будь проклята война”. Хороший символ для приближающейся даты: 15 февраля – день вывода советских войск из Афганистана в 1989 году… Сегодня хотелось бы напомнить читателям некоторые факты из истории той “странной” необъявленной (и такой роковой для СССР) войны, которые вызывают поистине угрожающие ассоциации с реалиями сегодняшнего дня. Никаких комментариев не будет, пусть читатель все выводы делает сам.

…Решение о “вводе войск в Афганистан” (на самом деле – о начале агрессии против соседнего суверенного государства) принималось предельно узким кругом людей. О начале вторжения сообщили постфактум не только стране и народу, но даже… Верховному Совету СССР – “высшему органу государственной власти”, согласно Основному Закону. Принимавшие роковое решение составляли олигархическую верхушку правящей тогда КПСС, находились в преклонном возрасте (средний возраст членов Политбюро составлял 75 лет) и отличались, мягко говоря, невысоким интеллектуальным уровнем. Достаточно вспомнить, что, по воспоминаниям очевидцев, министр обороны СССР Д. Устинов – один из главных сторонников проведения силовой акции – в ходе спора бросил следующий бесподобный аргумент: “Что мы, этих чернозадых в широких штанах не побьем?”. Ни у кого из вельможных старцев не возникли нехорошие параллели из прошлой истории этой азиатской страны – ведь британская колониальная экспансия забуксовала в Афганистане трижды… И еще: сиятельные брежневские геронтократы явно жили в некой виртуальной реальности. С их подачи все предыдущее десятилетие проводилась политика, которую можно охарактеризовать знаменитыми хрущевскими словами: “Запустим американцам ежа в штаны”. Примеры такой политики – и поддержка сандинистов в Никарагуа, и посылка кубинских войск в Анголу (на “пограничную войну” с ЮАР), и отправка оружия и десантных частей в Сомали, и негласное патронирование “исламской революции” в Иране. Все – единственно ради сомнительного удовольствия насолить США… Все эти “телодвижения” вышли нашей стране большим боком – но афганская авантюра обернулась настоящей катастрофой…

…Все 10 лет той “потаенной” войны были окутаны “дымовой завесой” небывалой лжи. Причем векторы инсинуаций были многоплановыми: с одной стороны – клинический антиамериканизм, с другой – тотальное замалчивание реальной роли и характера действий советского контингента. В угоду антизападной истерии президент Афганистана Хафизулла Амин (убитый советскими десантниками в ходе операции “Шторм-333”) объявлялся “американским агентом” и обвинялся в намерении “превратить Афганистан в плацдарм для американской агрессии” (!). При этом за кадром (для советского читателя, разумеется) оставалась потрясающая деталь: Амин был… коммунистом! Точнее – лидером марксистской Народно-демократической партии Афганистана (НДПА) – как и убитый по приказу Амина предыдущий президент Нур Мухаммед Тараки, как и сменивший убитого Амина Бабрак Кармаль. Изюминка заключалась в том, что внутри НДПА существовали две фракции – более радикальная “Хальк” (“народ”) и несколько более умеренная “Парчам” (“знамя”): Тараки и Амин были халькистами, Кармаль – парчамистом (в общем, ничего нового под луной: в СССР в свое время также сталинисты боролись с троцкистами, а под ногами мешались еще зиновьевцы, бухаринцы, какой-нибудь “право-левацкий уклон”). Что касается конкретных реалий войны, то о них советские СМИ и пресса молчали, как партизан на допросе, практически до самого конца афганской эпопеи – достаточно вспомнить, что первая развернутая публикация “на тему”, достаточно откровенно обрисовывающая настоящее (и кошмарное) положение дел, была опубликована в журнале “Урал” в… январе 1988 года. То есть – за год до бесславного финала.

…Отношение населения СССР к происходящему претерпело характерную эволюцию. Сначала имело место полное некритическое доверие к официальной (кремлевской) точке зрения – и человек, осмелившийся озвучить что-то “альтернативное” рисковал нарваться на “праведный гнев”. Я лично помню, как не только в 1979-м, но даже в 1983-1984 гг. попытка донести до собеседника крупицы правды о происходящем вызывала агрессию и обвинения в “непатриотизме” со стороны даже весьма интеллигентных участников разговора. Потом восторги поутихли, и ближе к финалу всей эпопеи вектор настроений меняется едва ли не полярно. Красноречивая иллюстрация – история с выступлением А. Сахарова на печально знаменитом I съезде народных депутатов: невозможно смелая речь великого диссидента, его слова о справедливой борьбе афганского народа против иностранной оккупации вызвали невероятную по агрессивности, почти животную реакцию делегатов съезда – и взрыв солидарности по отношению к Сахарову со стороны широких слоев народа. Воистину – цвет времени сменился…

…Афганские события стали для СССР настоящим внешнеполитическим харакири. Помню, как я тогда учился в Ленинградской консерватории – и мой сосед по общежитию, студент-мексиканец (к слову – “левый”, троцкист, член “4-го интернационала”) восклицал со всей силой своего латиноамериканского темперамента: “Что вы наделали? Ведь вы сделали своими врагами даже тех, кто всегда был дружен с вами!”. Действительно, против советской агрессии объединились самые полярные силы – НАТО, Китай, исламский мир (это только те, кто активно противостоял советскому вторжению!). В пассивной же оппозиции оказался практически весь мир – в том числе такие традиционно “просоветские” страны, как Индия, государства Южной Америки и даже некоторые члены Варшавского договора. А “упорство во грехе” советского руководства только туже затягивало “гордиев узел”: впервые после Карибского кризиса СССР оказался на миллиметр от ядерной войны. Трагедия с корейским “Боингом”, речь Рейгана о “СССР – империи зла”, программа СОИ, приснопамятный обвал цен на нефтепродукты… Финал всего происходящего для СССР общеизвестен – а негативные последствия того конфликта еще и доднесь кровоточат. В частности, именно “Афган” выпустил из бутылки джинна радикального исламизма – а загнать его обратно не удается…

И последнее, самое страшное. Согласно официальным данным, СССР потерял в Афганистане 13 тысяч человек (по неофициальным – вдвое больше). Много это или мало для страны, в которой тогда проживало 260 миллионов? На первый взгляд – немного. На самом же деле последствия были катастрофическими: впервые после 1945 года в Советском Союзе сформировалось целое поколение людей, искалеченных вовсе не “виртуальной” войной. Кладбища “афганцев” – чуть ли не по всем городам России. А сколько молодых людей вернулись калеками? Вот факт “местного разлива”: в свердловском госпитале ветеранов войны пришлось строить целый отдельный корпус для вернувшихся “оттуда”. Кстати, ветераны Великой Отечественной крайне негативно отнеслись к появлению в “их” госпитале “колониальных солдат” – и впоследствии, в годы “перестройки”, прессу облетела фраза, в раздражении брошенная старым ветераном матери “афганца”: “Я Родину защищал, а твой – татар!”. (Как хотите, но это – такой же ужасный символ, как знаменитые слова чиновной “тыловой крысы”: “Я вас туда не посылал!”). А сколько “шурави” вернулись из афганского ада со сломанной психикой, с “синдромом Рэмбо”; сколькие из них пополнили собой ряды пациентов психушек и членов преступных группировок, сколько из них будут спать с ножом под подушкой, спиваться и подсаживаться на иглу, увеличивать проценты суицидальной статистики?.. Жуткий момент – В. Высоцкий буквально перед смертью успел сочинить песню, где были слова: “А смерть – она пока в Афганистане”…

Это – страшный урок. И о нем надо помнить всем тем, кто сегодня легкомысленно воспринимает новую (ужасающе близкую для всех нас!) войну, как “компьютерную стрелялку”…