29 июля 2015 г.

Суворов Дмитрий Владимирович

кандидат культурологии, лауреат премии им. Бажова

И КОМИССАРЫ В ПЫЛЬНЫХ ШЛЕМАХ…


Романтические строчки Окуджавы: “Я все равно паду на той, на той далекой, на гражданской, и комиссары в пыльных шлемах склонятся молча надо мной”… Но “пыльные шлемы” были не только у “комиссаров”, но и у “белых рыцарей” – и они тоже молча склонялись над павшими…

“Красные” и “белые” на Урале – волнующая тема для исследователя архивов “УР”. “Опорный край державы”, как известно, оказался в эпицентре братоубийственной войны – и на протяжении двух огненных годов, 1918-го и 1919-го, на уральской земле “леса и поля превратились в плацдармы” (помните огненные строки Игоря Талькова!). Города и селения по нескольку раз переходили из рук в руки – и край жил то под властью сторонников “Земшарной республики Советов”, то под юрисдикцией адептов “Единой и неделимой России”. Как это отразилось в публикациях старейшего печатного органа Урала? Можно ли было в условиях абсолютного господства коммунистической идеократии сообщить о белогвардейцах хоть что-то человеческое? И еще болезненный вопрос, вполне естественный на екатеринбургской земле: имела ли какой-нибудь шанс уцелеть Царская семья (о самом императоре речь даже не идет!), можно ли было обойтись без кровавой ипатьевской гекатомбы? Знакомство с архивными материалами дает интересные ответы на все эти животрепещущие вопросы.

Первый, и самый нестандартный вывод, возникающий в процессе изучения материала – достаточно объективную картину происходившего в публикациях “УР” получить можно! Естественно, выдерживается “прокрасная” позиция – однако “взгляд с другой стороны баррикады” тоже довольно прозрачно прослеживается. И истоки всех душераздирающих трагедий того времени (в том числе ипатьевской) прочитываются в материалах “УР” вполне отчетливо. Однако – и в этом специфика момента – такое положение сохраняется в публикациях газеты на довольно короткий и четко исторически очерченный период времени: это – годы Гражданской войны и первые несколько лет после нее. Это может показаться странным: как же, в самый разгар предельного ожесточения – и вдруг некая “объективность”? Но секрет в том, что, по точному выражению А. Солженицына, в те годы “система еще не успела стянуться панцирем и окостенеть”. Поэтому, даже в смертном угаре противостояния – не было жестких правил игры, что писать можно и что нельзя ни при каких обстоятельствах. Именно поэтому в “военных” и послевоенных выпусках “УР” можно обнаружить много интересного.

…Многие выпуски “Уральского рабочего” за 1918 и 1919 годы полностью посвящены реалиям Гражданской войны, там просто нет иной тематики (к примеру, номера от 6, 21, 30 июля и 15 августа 1918 года). Тематика, на первый взгляд, довольно стандартна: призывы к мировой революции, обличение “проклятых империалистов” (терминология впоследствии станет в СССР шаблонной) и враждебных политических деятелей (Керенскому в номере от 06.07.1918 посвящена статья с хлестким названием “Союзная потаскушка”), определенно преувеличенное (в плане ожиданий) внимание к европейскому “пролетарскому движению”, некрологи погибшим героям (номер от 25. 08. 1918 посвящен смерти П. Хохрякова), желчные филиппики по адресу “классового врага” и “белых банд”. (Под последними в материалах 1918 года, что интересно, в основном понимаются меньшевики и эсеры – что логично, учитывая полное доминирование последних в антисоветских правительствах Сибири и Поволжья). Но показательно, что описаниям жизни Урала “под белыми” также уделяется немало места. Даже названия публикаций – очень “говорящие”: “Мы и они” (30.08.1918), “Белый офицер” (10.08.1919), “Партия при Колчаке” (15.07.1924). На протяжении довольно длительного времени действуют постоянные ежедневные рубрики “В стане белых” и “В стане Колчака”. Предпринимается даже попытка осмыслить политику белых и уральскую повседневность “под Колчаком” (естественно, смыслить критически). Так, в номере от 21. 08. 1918 в статье “В Екатеринбурге” довольно подробно описаны действующие при белых органы власти, выходящие газеты, описываются деятели местного самоуправления М. Кроль и Н. Лебединский (причем без агитационной истерики – насмешливо, но достаточно спокойно!). А в номере от 22.08.1919 – статья “Колчаковцы о рабочих и социализме”, где даже “дается слово врагу”: авторы публикации фактически пересказывают белогвардейскую точку зрения на ряд важных и острых социально-экономических проблем (лишь слегка сопровождая этот пересказ иронией). От себя добавим – вся эта картина “относительного плюрализма” напрочь исчезает после 1925 года… А новое обращение к чему-то подобному начнется лишь на самом излете “перестройки” и в постсовеские годы – причем исключительно на “ипатьевском” материале.

И еще один важнейший штрих – к вопросу избежать кровавой развязки в истории екатеринбургского цареубийства (и всей проблемы красного террора). Две публикации “УР” могут считаться ключевыми – в номерах от 30.08.1918 (“Законы гражданской войны не писаны”) и 10.09.1918 (“Пусть царят ненависть и жестокость”). В первой из них утверждается следующий постулат: в гражданских войнах все общепринятые нормы военной и общечеловеческой этики не действуют – поэтому нужно быть готовым к любой жестокости врага и самому отвечать тем же. Во второй – звучат призывы: “Нужна жестокость… Пусть жестокие законы гражданской войны властвуют над миром! Пусть жестокость будет такой же доблестью, как и храбрость! …Людей нужно перевоспитать. Воспитанные в духе “кротости и любви”, они никуда не годятся. Это будет классовая жестокость, охватывающая весь чуждый враждебный класс. Пусть бушует пламя красного террора, пусть от края до края земли пронесется всепожирающий пожар мести старому миру!”. При таком положении дел – никаких шансов на жизнь не было ни у Царской семьи, ни у остальных миллионов совершенно невинных людей, брошенных в топку “мирового пожара”…