4 марта 2015 г.

Суворов Дмитрий Владимирович

кандидат культурологии, лауреат премии им. Бажова

НА ВОЙНЕ ПРАВДА ПЕРВОЙ НЕСЁТ ПОТЕРИ…


“На войне правда первой несет потери”: такие слова приписываются американскому газетному магнату У. Херсту… Эта горькая констатация как нельзя точно характеризует общую тональность военных публикаций “Уральского рабочего”, датированных 1941-1945 гг. и посвященных проблеме “союза фронта и тыла”.

Определенный модус характера, стилистики и информационной ценности публикаций определяется буквально с первого военного выпуска – 23.06.1941. Выступает, что характерно, не Сталин, а Молотов – человек № 2 в советской иерархии того времени (“Отец Народов” несколько дней пребывал в прострации). Тон выступления Молотова (и всех остальных публикаций) довольно откровенный, пока нет нарочитого приглаживания фактов – но уже сразу начинается ложь: Молотов сообщает, что “СССР подвергся нападению также с румынской и финляндской территорий”. Последнее – не соответствует действительности: 22 июня Финляндия не начинала военных действий (она начнет их через пару дней – после того, как советские войска… сами начнут наступательные действия на финской территории). И сразу – структурируется характерное для всех военных публикаций “УР” соотношение сводок с фронта и тыла, примерно 60/40 в пользу “тыловой” информации.

А дальше – стандартизируется совершенно четкая (и повторяющаяся) система. Постоянно (каждый день) идет рубрика “От Советского Информбюро”, где в подчеркнуто нейтральной интонации сообщается сводки с фронтов – тщательно выверенные и дозированные. Никаких, даже самых прозрачных намеков на те совершенно гомерические катастрофы, которые обрушились на Красную Армию в первый период войны – в этих сводках нет (равно как и о тяжелейших солдатских буднях). Наши потери вообще никак не озвучиваются – зато потери врага педалируются постоянно. Кстати, уже в наши дни историки подсчитали все цифры потерь, озвученных Совинформбюро и ведомством Геббельса. Картина получилась сюрреалистическая: согласно Совинформбюро, на полях сражений за годы войны было убито где-то… 60 миллиардов немцев. (Для справки: население Германии в то время составляло 80 миллионов человек). Геббельс оказался скромнее: по его версии, вермахт убил 36 миллиардов русских – при населении СССР в 160 миллионов человек… Кроме того, в публикациях “УР” действует общее для печати СССР правило, описанное (и осмеянное) в свое время еще классиком древнеримской историографии Корнелием Тацитом: минимум описаний военных действий, максимум рассказов об индивидуальных подвигах. Это станет трафаретом и для последующей советской исторической науки… Часто в номерах публикуются материалы из героического военного прошлого России (статья про 1812 год в номере от 08.07.1941). Иногда проскальзывают постепенно исчезающие интонации типичного для довоенной идеологии “классового” мировоззрения (статья “Немецкое крестьянство под пятой фашизма” от 10.08.1941).

Что же касается материалов о тружениках тыла, то они чем далее, тем более начинают составлять львиную часть публикуемых материалов – вплоть до появления выпусков, в которых вообще нет фронтовых материалов, только “тыловые” (номер от 07.05.1942). Тональность материалов – достаточно шаблонна: трудовые подвиги рабочих и колхозников, реализация призыва “Все для фронта, все для победы”. Культурных сводок немного, но попадаются по-настоящему интересные – например, поздравление П. Бажова с его 65-летием в номере от 28.01.1944. Ближе ко 2-й половине войны в статьях появляется вполне ожидаемая (но режущая глаз и сознание) “мелодия” – напыщенное славословие Сталину: так, начиная, как минимум, с номера от 23.06.1944 все газеты выходят с обязательным жирным заголовком: “Все ли ты сделал для выполнения клятвы Вождю?”. А финальные победные дни озвучиваются уже “в лоб” – лозунгом “Имя Сталина на устах у каждого” (от 02.05.1945) и трескучим стихотворением “Сталину” под авторством “старшего техника-лейтенанта А. Шоферова” (в день 9 мая). В последнем опусе звучат уже такие “фанфары”: “Тогда к тебе я обращаюсь, Гений: ты – будущность советских поколений”…

И еще. О самых значительных военных операциях газета сообщает только то, что явственно спускается “свыше”. Вот показательные примеры: 28.05.1942 – катастрофа под Харьковым (в газете – приглаженная “деза”); 09.07.1942 – катастрофа в Севастополе (в газете от 09.07.1942 – ничего); 23.08.1942 – страшная бомбардировка Сталинграда и прорыв немцев в город (в номере от 23.08.1942 – ничего). Зато 2 и 3 февраля 1943 года (дни победного окончания Сталинградской битвы) озвучены в “УР” весьма пышно…

Столь же “аккуратно” подаются и международные новости. Так, очень скромно анонсирован переход Болгарии в антинемецкий лагерь (09.09.1944), практически никак не освещена Тегеранская конференция (в отличие от Ялтинской, окончанию которой посвящен номер от 13.02.1945): чувствуется, что журналисты имели четкое указание здесь особо не распространяться – большая политика… В номере от 07.06.1944 (второй день высадки союзников в Нормандии) об этом важнейшем событии – маленькая заметка на последней странице: уже намечается контуры послевоенного соперничества… Вообще развернутые материалы из этой области редки: интересное исключение – номер от 27.01.1944, где вся 1-я страница посвящена изложению официальной сталинской версии Катынского расстрела (впоследствии полвека отравлявшего советско-польские отношения). Ясно, что здесь озвучивается точка зрения Самого… А едва ли не самый “раритетный” номер – от 21.12.1941: там в качестве портрета героя битвы за Москву помещено фото… генерала А. Власова. Да-да, того самого, будущего “изменника Родины”. Такова ядовитая “теория относительности” тех лет, когда герои в одночасье могли превращаться в предателей (и наоборот)…