4 марта 2015 г.

Суворов Дмитрий Владимирович

кандидат культурологии, лауреат премии им. Бажова

ПАМЯТИ РЕВОЛЮЦИОНЕРА


19 февраля в нашей стране – скорбная дата, не замеченная никем. 15 лет назад из жизни ушел замечательный человек – политик, революционер, несгибаемый борец за права человека и демократические ценности, один из лидеров антитоталитарной революции в России. Имя его – Анатолий Александрович Собчак…

Анатолий Собчак… Кто не жил в СССР эпохи его крушения – не может прочувствовать, что это имя значило тогда для всех тех, чьим императивом жизни стали огненные строки Виктора Цоя: “Мы ждем перемен!”. Не заставшим того неповторимого времени – не понять, как миллионы ждали каждого публичного выступления этого человека; как люди останавливали все привычные дела, чтобы прильнуть к экранам телевизоров – и подключиться к высоковольтной энергетике пламенного трибуна, вдохнуть глоток его наэлектризованной атмосферы, услышать слово правды… Он был душой “ветра перемен”, истинным вождем последней российской революции. И личная трагедия Собчака – одновременно и трагедия революции, и столь недолговечной новой российской демократии.

…Начало его пути – ничем не выдает будущего триумфа и трагедии. Родился 10 августа 1937 года в Чите (только год и место рождения – символичны, даже не без некоего мистического привкуса!); в жилах его предков текли польская, чешская, русская и украинская кровь. Детство провел в Узбекистане (Коканде и Ташкенте), окончил юридический факультет и аспирантуру Ленинградского государственного университета, получил ученые степень и звание, преподавал в ряде ленинградских вузов… Только два факта из его жизни того времени могут быть восприняты как своеобразный “призрак будущего”. В числе аспирантов Собчака, готовивших диссертацию под его руководством, был человек по имени Дмитрий Анатольевич Медведев. В 1990 году в команду Собчака вошёл в то время малоизвестный помощник ректора Ленинградского государственного университета, отставной подполковник 1-го управления КГБ Владимир Путин… А когда сам Собчак готовил кандидатскую диссертацию – произошел и вовсе сюрреалистический эпизод. Один из членов ВАКа, которому поручили дать рецензию на работу ленинградского соискателя, решил вернуть диссертацию на доработку на основании того, что в ней было слишком много ссылок на… Ленина (!). Ситуация становится совсем забавной, если вспомнить, что этим суровым цензором был… Анатолий Иванович Лукьянов – последний председатель Верховного Совета СССР, активно поддержавший ГКЧП. Вот как любит пошутить история…

Но у каждого человека бывает свой звездный час, и для Анатолия Собчака таковым стала “перестройка”. Вся его предыдущая жизнь в этом контексте смотрится некоей туманной “прелюдией”… Собчак становится членом Межрегиональной депутатской группы (МДГ) – а затем и одним из ее вождей. Впоследствии М. Горбачев говорил о депутатстве Собчака как о кульминации его жизни… А самый пик в жизни этого человека – тбилисские события. Даже тот же Горбачев – прямой виновник той крови – вынужден был признать: “Особенно запомнились его гражданское мужество, колоссальное чувство ответственности при разрешении ситуации, последствий и всего происшедшего в Тбилиси”. Именно Собчак – в то время, когда большинство пыталось постыдно “отвести глаза” – прямо и яростно разоблачил злодеяние карателей, предал достоянию гласности окровавленные саперные лопатки проспекта Руставели… С этой минуты все мосты были сожжены – адепты тоталитаризма никогда не простят ему этого; с этого исторического мгновения “перестройка” фактически закончилась – началась революция…

И еще – кульминация, роковой день ГКЧП. Не все помнят, что именно Собчак первым бросил перчатку путчистам; именно он, в качестве главы Ленинграда, открыто поднял знамя сопротивления. Опасность была смертельная: это сегодня мы знаем, что Янаев и компания дрогнули, не решились на кровь – тогда этого не мог знать еще никто. И не было никакой гарантии, что танки не прогрохочут по Невскому, не зальют кровью Дворцовую площадь; что во время того памятного стотысячного митинга перед Зимним по Собчаку не ударят снайперы… Собчак – безоружный! – совершил невозможное: танки не пошли на Питер, и это во многом определило и исход событий в Москве. Так воля одного человека фактически обеспечила политическую победу российской демократической революции…

А потом – Собчак становится первым мэром Санкт-Петербурга. Деятельность его на этом посту вызывала и вызывает споры, у него не все получалось, многие его конкретные меры могут оцениваться неоднозначно – и все-таки общая направленность работы Собчака-градоначальника не вызывает сомнений. Прежде всего – в силу нравственных качеств Анатолия Александровича. “Он помог Питеру вернуть то, что его отличало раньше – свободолюбивый дух” (В. Путин), “мы гордились, когда после долгих лет безвременья наш город возглавил интеллигентный, многосторонне образованный человек” (О. Басилашвили), “во многом благодаря усилиям Анатолия Собчака Петербург остался, наверное, одним из немногих городов, которые наименее болезненно перенесли ситуацию, связанную с реформированием экономики… он никогда не предавал тех, с кем работал вместе, и на костях своих друзей к власти не рвался” (С. Степашин).

Предательский удар последовал оттуда, откуда Собчак не ждал. В 1995 году политик решил баллотироваться на пост президента РФ: этот шаг не был актом нелояльности к Ельцину – Собчак обоснованно считал, что и в силу состояния здоровья первого президента, и вследствие неимоверно трудного экономического старта новой России стране необходима демократическая ротация высшей власти. Он не учел одного: Ельцин образца 1995 года уже мало походил на Ельцина – лидера МДГ, и власть Борис Николаевич воспринимал уже почти в категориях романа Г. Маркеса “Осень патриарха”… С этой минуты против Собчака начинается оголтелая травля со стороны президентской команды – к великой и злобной радости “вечно вчерашних”: теперь Собчак оказался под двойным огнем. Прокурорские проверки, уголовное дело, арест (и угроза расправы со стороны правоохранителей), вынужденный скоропалительный отъезд в Париж на лечение (фактически – эмиграция, политическая смерть). Работа в Сорбонне, написание автобиографической книги “Дюжина ножей в спину”. И – возвращение в пылающую ненавистью Россию. Зачем? Он мог спокойно жить “там”, преподавать в престижных вузах, оценивая катящуюся под откос российскую ситуацию со стороны – так сделал его коллега по МДГ Юрий Афанасьев… Но нет – Собчак был борцом по натуре, и не собирался сдаваться.

Мистический момент биографии: в день своего возвращения в Питер Собчак сказал жене: “Ты знаешь, я сегодня хочу к другой женщине… Я хочу к Гале”. Галя – это Галина Старовойтова, его соратник по борьбе, к тому времени уже лежавшая под могильной плитой Александро-Невской лавры, павшая жертвой политического убийства… Что это – необходимость отдать долг памяти погибшему другу или ужасное предчувствие собственной грядущей судьбы? Совсем скоро – в ночь на 19 февраля 2000 года – рядом с могилой Старовойтовой появится новая могила: самого Анатолия Собчака. Экспертиза “не выявила отравления” (дословно) – но версия об устранении политика сразу же поползла по стране, и она не была лишена оснований: слишком многие ненавидели Анатолия Александровича, слишком многие были заинтересованы в его вечном молчании (а независимость и беспристрастность экспертизы в России – всегда под вопросом). Враги Собчака и посмертно продолжали бесчестить его: немедленно была запущена грязная версия о смерти в результате злоупотребления алкоголем и… виагрой. Что-то, а по части миазмов “черного пиара” нас никто не переплюнет… Так или иначе, но именно кончина Собчака ознаменовала всеконечное поражение последней русской революции… Была ли жертва Собчака напрасной? Убежден – нет. Надо ли сражаться за высокие идеалы без гарантии победы – ответ на этот вопрос дал еще шекспировский Гамлет… И еще – остается пример подвига и высоты человеческого духа. И сакраментальный трагический вопрос О. Басилашвили: “Таких людей, как Собчак, мало. Теперь его нет. Неужели наша мечта так и не осуществится?”