08 июля 2015 г.

Суворов Дмитрий Владимирович

кандидат культурологии, лауреат премии им. Бажова

ПЕВЦЫ ЗА СЦЕНОЙ


Трагическое известие пришло из США: в авиакатастрофе погиб Джеймс Хорнер, автор музыки к легендарному “Титанику”…

Двукратный обладатель “Оскара” Джеймс Хорнер, написавший музыку к “Титанику”, “Стар Треку”, “Аватару”, “Играм разума” и другим фильмам, в понедельник, 22 июня, погиб при падении частного самолета в Калифорнии. Об этом сообщил сайт The Hollywood Reporter. Хорнер пилотировал небольшой самолет, который потерпел крушение примерно в 100 километрах севернее Санта-Барбары. Причины авиакатастрофы не сообщаются. Гибель 61-летнего Хорнера подтвердила его помощник Сильвия Патриция: “Мы потеряли удивительного человека с огромным сердцем и невероятным талантом. Он умер, делая то, что он любил. Спасибо всем вам за вашу поддержку и любовь”, – сказала она.

От авангарда и музыки для фильмов ужасов – к всемирной известности: таким был путь композитора из Калифорнии Джеймса Роя Хорнера. Вся жизнь – работа на пределе возможностей… Он родился 14 августа 1953 года в семье художника по кинодекорациям. Начал заниматься музыкой в пятилетнем возрасте – классический путь вундеркинда! Учился сперва в Королевском колледже музыки в Лондоне, затем в Торнтоновской школе музыки Университета Южной Калифорнии. Работал над диссертацией, преподавал в Калифорнийском университете Лос-Анджелеса – но, в конце концов, выбрал нелегкий путь “свободного художника”, оставил “академическую карьеру”. С этого момента жизнь Хорнера – это кинематограф.

В 80-е, 90-е и нулевые годы он ежегодно сочинял музыку сразу к нескольким фильмам: его саундтреки украшают более сотни картин. И – громкий успех, начиная со старта в 80-е годы. Музыка к голливудскому фильму “Star Trek: The Wrath Of Khan” заставляет критиков заговорить о талантливом и перспективном композиторе. К этому моменту Хорнеру нет ещё и 30 лет! Невероятный и стремительный взлет, которого, по признанию Хорнера, он сам не ожидал.

Вторая половина 90-х становится для Хорнера поистине триумфальной. Музыка к фильмам “Аватар”, “Храброе сердце”, “Апокалипто”, “Враг у ворот”, “Аполлон 13”, “Каспер”, “Джуманджи”, “Троя”, “Маска Зорро” – что ни название, то событие! Особо стоит отметить “Храброе сердце”, где проявилась весьма типичная для творчества Хорнера черта – тяготение к использованию в собственной музыке кельтских мотивов (сам композитор, к слову, имел чешские и австрийские корни). Вообще Джеймс Хорнер – настоящий современный музыкант, в лучшем смысле этого слова: его творчество синтетично и мультикультурно, в ткани его сочинений органично синтезируются самые различные эстетические элементы – классика и авангард, архаика и современность, инструментал и вокально-хоровое начало, традиционное и экспериментальное музицирование (в частности, техники электронной музыки).

Но самый ослепительный триумф, разумеется – кэмероновский “Титаник”. И сразу две премии “Оскар”! За музыку к этому фильму и отдельно – за лучшую песню “My Heart Will Go On”, проникновенно спетую норвежской певицей Селин Дион. Саундтрек раскупили миллионы меломанов, он стал самым продаваемым в истории кино. За эту творческую работу Хорнер получил гонорар в 800 000 долларов, и отдельно – по 1-2 доллара за каждый проданный компакт-диск…

Композитор был азартным и “жадным до жизни” человеком – таким его вспоминают все те, кто его близко знал. По общему мнению, его знали не только как музыканта, но и как “классного пилота” (как это зловеще звучит сегодня!). Джеймсу Хорнеру шел 61 год, он был полон творческих планов…

Хорнер был музыкальным гением кино. И его оборвавшийся творческий путь дает возможность осмыслить этот совсем непростой художественный феномен – “композиторы кинематографа”. Ибо, как показывает опыт, наше восприятие этого феномена таит в себе “нелинейные” драматические моменты.

…У русского композитора Антона Аренского есть опера “Рафаэль”, где имеется очень символический персонаж – Певец за сценой. По сюжету, он поет серенаду любимой женщине, находясь за сценой – то есть, зрители его не видят, а только слышат. И… эта серенада – самый яркий и запоминающийся номер всей оперы! Так вот, творцы кинематографических саундтреков – такие “певцы за сценой” по сути собственного творчества. Только меломаны и кинематографические “гурманы” знают каждого из них – а львиная доля “нормальных” кинозрителей воспринимает фильм “нерасчлененно”: в лучшем случае, они обращают внимание на актеров. Все остальные создатели сложнейшей комплексной “партитуры” фильма – остаются “за кадром” восприятия. И если режиссеров еще поминают как истинных творцов – то композиторы как-то всегда в тени… И еще: согласно устойчивой, но нелепой традиции – “кинематографическим” композиторам отводится не первая позиция в негласной “табели о рангах”, коей искусствоведы стандартно “ранжируют” создателей музыки. Это – непробиваемый штамп: “академисты” – всегда на Олимпе, а кино, мюзикл, “пограничный жанр” и прочее – это что-то вроде “попсы”, это “второстепенно” по определению. Такая “субординация” абсурдна и несправедлива, но… “так принято”! Причем данное положение сложилось далеко не сегодня: в свое время именно оно стало причиной жизненной трагедии гениального Шуберта – он писал песни (более 600), и этого оказалось достаточным, чтобы его записали в “попсу” и “ранжировали” во “второстепенных”. И с упорством, достойным лучшего применения, отказывали Шуберту в исполнении его “серьезных” сочинений – симфоний, сонат, квартетов. В результате – великий композитор умер в 31 год, натурально убитый непризнанием…

Скажете, в наши дни такое невозможно? Но вот вам маленький тест: попросите любого “знатока” назвать великих отечественных композиторов ХХ века! Вам назовут “обязательную обойму”: Прокофьеву, Шостакович, Шнитке, Свиридов и т. д. – но никто и никогда не произнесет следующие имена: Леонид Зацепин, Геннадий Гладков, Максим Дунаевский, Микаэл Таривердиев, Эдуард Артемьев. В этой ценностной категории – не назовут никогда! А они были действительно великими в своем жанре – как и их звездные зарубежные коллеги: Владимир Косма, Эннио Морриконе, Нино Рота, Адам Волячинский, Квинси Джонс, Бэзил Поледурис, Хисаиси Дзе. Вспомните те культовые гайдаевские комедии, которые уже неотделимы от сверкающей зацепинской музыки, от его ставших суперпопулярными шлягеров. Вспомните, как появилась традиция озвучивать визуал Парижа музыкой В. Косма из веберовской “Игрушки” или легендарным саундтреком Э. Морриконе из “Профессионала” – эта музыка уже неотделима от “праздника, который всегда с тобой”… А чем бы была рязановская “Ирония судьбы” без Таривердиева? Например, без его “Снега над Ленинградом”? Когда из марева струнных и вибрафонов зазвучит нервная пульсирующая импровизация клавесина (за которым играет сам автор)? Если любой из нас 31 декабря не услышит Это – возникает чувство, что Новый год у нас просто украли…

Эти люди – гении. Более того, их творчество требует особых граней дарования – поскольку киномузыка ставит нетривиальные задачи и требует специфической “креативности”. Те, кому удается оседлать такого “Пегаса” – небожители. И ушедший от нас Джеймс Хорнер – из их числа.