19 апреля 2015 г.

Суворов Дмитрий Владимирович

кандидат культурологии, лауреат премии им. Бажова

ВОЙНА С СОБСТВЕННЫМ НАРОДОМ


Российская премьера нового сериала “Однажды в Ростове” (режиссер – Константин Худяков, продюсер – Сергей Жигунов) не была уж очень сильно разрекламирована, да и чего-то особенного от сериальной продукции ждать никто не привык – уж слишком шаблонны здесь провалы… Тем более – неожиданным и ослепительным оказалась явление этого фильма зрителю. Комментарии в блогосфере пестрят рефреном: “такого – не ждали”, “такое – на российском ТВ последних лет – впервые”, “класс работы – которого давно уже не было”. И тут же – повторяющийся вопрос, кристально отражающий современные российские реалии: “У кого конкретно подстраховывались авторы, чтобы этот фильм был показан на Первом канале?”. Ведь при существующих идеологических тенденциях – данная лента смотрится просто диссидентством…

В основу сюжета картины создатели положили два стопроцентно реальных события, имевших место на излете хрущевской эпохи – расстрел восставших рабочих в Новочеркасске 2 июня 1962 года и нашумевшую историю банды Толстопятовых (“фантомасов”), терроризировавших Ростов-на-Дону в 1968-1973 гг. Исторически эти события не были взаимосвязаны – но сценаристы соединяют их. И… происходит то, о чем писала в свое время В. Новодворская применительно к творчеству С. Эйзенштейна: художественная правда оказывается значительней правды исторической. Ибо такое, несколько “фэнтэзийное” сопряжение фактологий позволяет авторам высказать с экрана страшную правду о том, о чем сегодня говорить не принято…

…Первые две серии картины – бьющая наотмашь история новочеркасских событий. Показ ее – настоящий гражданский подвиг. На наших глазах разворачивается фантасмагория: в стране, где именем рабочего класса (“гегемона”) клялись на площадях – этот самый рабочий класс задавлен, влачит жалкое существование и подвергается жесточайшей эксплуатации. Как еще можно иначе назвать ситуацию, когда – после нескольких лет неуклонно ухудшающегося экономического положения – люди в один день узнают о сокращении зарплаты на 25 % и о повышении цен на продукты первой необходимости на треть? И как можно определить ситуацию, когда доведенные до отчаяния происходящим люди решаются на стихийный социальный протест – и получают от родного “пролетарского” государства пулеметные очереди и расстрельные приговоры?

Но самое впечатляющее – показ лица (вернее, отвратительной морды) власти. Перед нами – типичный оккупационный режим, не умеющий разговаривать с народом иначе, как посредством вооруженного насилия. (Между прочим, слово “оккупация” у большевиков не было бранным – совсем даже наоборот: “красной оккупацией” называл действия партии в Гражданскую войну Троцкий, оккупантом с гордостью величал себя Тухачевский!). Перед нами – колониальная администрация во всей красе: лощеные отъевшиеся ряшки “хозяев” всех рангов (от директора завода до первого секретаря горкома и выше), интонация общения с народом – только барственная, от брезгливой снисходительности до начальственного окрика, ни одного намека на что-то человеческое… В высшей степени показательно, что даже в разгар восстания никто из начальства и не пытается хоть что-то обсудить с людьми, у которых лопнуло терпение – только требование “вернуться на рабочее место” (то есть – на свою галеру)! И перед нами – законченный фашистский режим: все методы действия силовых структур вызывают только одну аналогию – гестапо. Недаром же именно как отечественную модификацию фашизма определяли советскую практику Н. Бердяев и О. Мандельштам… Это образ складывается из множества деталей: вот пущенный поверх голов залп сражает детей на дереве, вот солдат вырывает у обезумевшей матери труп прошитого пулей младенца (“У меня приказ!”), вот силовики волокут с постели в тюрьму раненого пулей в живот рабочего, вот они же за ноги стаскивают в яму расстрелянных (как падаль!), вот они из автоматов убивают протестующих заключенных в камере… Убийственный штрих: старый рабочий-фронтовик Петр Полетаев, один из инициаторов протеста (последняя работа в кино великого Богдана Ступки), узнав о гибели жены и сына, сбегает из тюрьмы – только чтобы побывать на могиле родных. И… на него уже направлены стволы автоматов: “Руки за голову! А он с вызовом кричит солдатам: “Идите вы знаете куда?” – и пули разрывают его грудь, прямо у надгробного креста… Это – война против собственного народа.

Не менее нокаутирующая образная сфера – “их нравы” внутри силовых структур (МВД и КГБ). Это – сборище пауков в банках. Базовая ситуация – предательство всех и вся, нормальное состояние здесь – тотальная ненависть друг другу и тотальное “подсиживание” друг друга. Находясь здесь, просто нельзя остаться вменяемым человеком – и эта нравственная коррозия уничтожает даже более-менее неплохих людей, вроде капитана УгРО Плетнева…

Как реакция на это Абсолютное Зло – возникает иррациональный и гибельный протест Вячеслава Толстопятова (прекрасная актерская работа Владимира Вдовиченкова). Он, ставший свидетелем расстрела 2 июня – решает мстить. И его бандитизм – не заурядная “погоня за баблом”: он ощущает себя своего рода парадоксальным советским Робин Гудом, возвращающим бесчеловечной системе ее собственные “зубья дракона”. Но, вступив на этот путь, он сам не замечает, как втягивается в атмосферу крови, принимает ее людоедские “правила игры” – и вот уже под его пулями падают совершенно случайные люди: кассирша, охранник, просто посторонние свидетели… Он втягивает в этот адский водоворот и своего брата Владимира (Виктор Раков) – милого сентиментального недотепу, умудряющегося получать нелепые травмы на каждом конкретном “деле”… Жестокость затягивает – и вот уже певица Тамара, жена Владимира (Алена Бабенко), зверски убивает его любовницу (притом, что сама любит Вячеслава!). И чем ближе к трагической в своей случайности кровавой развязке, к концу “фантомасов” – тем безнадежней смотрится все их начинание. Зло порождает зло…

И все-таки есть иной выход – в ненасильственном протесте духа. Таков генерал Шапошников (Ю. Беляев), отказавшийся стрелять в народ и выбравший путь публичных разоблачений преступного режима. Таков писатель-диссидент Порошин (К. Лавроненко) – в трагической судьбе последнего прозрачно узнается биография Юрия Домбровского, ставшего гордостью независимой литературы конца ХХ века и убитого агентами КГБ. Таков экс-агент охранки Милованов (Д. Муляр), осознавший порочность происходящего, порвавший со спецслужбой, ставший священником и заплативший за свой выбор свободой. Таков профессор-психиатр Калюжный (Е. Князев): ему всего-то надо совершить малость – не подписать репрессивный “психиатрический” диагноз Шапошникову и передать рукопись Порошина за рубеж; но в условиях тирании эта простая честность оборачивается настоящим, неподдельным героизмом…

И концептуальная кульминация – нравственный выбор главного героя, майора КГБ Колесникова (Сергей Жигунов). В начале картины он – верный слуга Зла: доносит на протестующих, выслеживает лидеров… Но, став свидетелем трагедии, он внутренне ломается – и весь дальнейший его путь на экране становится путем к прозрению и выбору. Он ведет игру, смертельно рискованную – пользуясь своим служебным положением, спасает тех, над кем уже занесен карательный топор. В финале, получив от начальства благодарность за разгром “фантомасов”, он неожиданно уходит в отставку: “Я думал об этом со 2 июня 1962 года!”. Здесь – занавес падает, и остаются вопросы. Как сложится судьба Калюжного, Шапошникова, Милованова? Оставит ли КГБ в покое Колесникова? Примет ли его возлюбленная Нина (дочь Полетаева) истину, которая рано или поздно ей откроется – что ее избранник долгие годы служит кровавой Системе? Выберет ли сам Колесников частную жизнь или вступит на жертвенный путь борьбы? “Куда ты несешься, Русь? Дай ответ! Не дает ответа”…