25 августа 2016 г.

Суворов Дмитрий Владимирович

кандидат культурологии, лауреат премии им. Бажова

25 ЛЕТ ВО ВСЕМИРНОЙ ПАУТИНЕ


Сегодня – уникальный в своей значимости юбилей. В связи с ним в России не будет торжественных мероприятий – а между тем “юбиляр” трансформировал жизнь нашей страны и мира много больше, чем иные политические и социальные катаклизмы, чем иные глобальные прорывы в научной и культурной области. 25 лет назад в жизнь человечества пришел Интернет.

Четверть века минуло с того знаменательного исторического дня, когда английский физик и инженер Тим Бернерс-Ли впервые сформулировал идею Всемирной паутины (World Wide Web, WWW), положив тем самым начало интернет-коммуникации в том виде, какой мы ее знаем сейчас. Тима Бернерса-Ли иногда называют создателем интернета, но это не вполне верно: Интернет как систему протоколов, обеспечивающих передачу пакетов данных между объединенными в сеть компьютерами, разработали сотрудники Агентства по перспективным оборонным научно-исследовательским разработкам США (DARPA) Винтон Серф и Роберт Кан в конце 60-х - начале 70-х гг. прошлого века. Бернерс-Ли предложил использовать возможности компьютерных сетей, а также концепцию гипертекста, выдвинутую в 1965 году философом и социологом Теодором Нельсоном, для создания принципиально новой системы организации информации и доступа к ней. В 1990 году Тим Бернерс-Ли придумал и термин “Всемирная паутина” – так был назван написанный им веб-браузер (название писалось слитно, WorldWideWeb). В первой половине 90-х гг. он, возглавляя Консорциум Всемирной паутины (World Wide Web Consortium), приложил значительные усилия для того, чтобы убедить весь мир использовать единые стандарты интернет-коммуникации: отсутствие стандартизации и унификации могло привести к ее распаду на множество частных “интернетов”, несовместимых друг с другом. На посту главы Консорциума Тим Бернерс-Ли продолжает отстаивать те идеалы, которые легли в основу проекта 1989 года: Паутина в первую очередь должна быть средой, в которой каждый может поделиться знаниями с другими…

Сегодня уже невозможно представить себе жизнь без этого фантастического, грандиозного открытия, в самом прямом смысле перевернувшего жизнь человечества. И столь же трудно “переварить” изумительный факт: Россия не только совсем недавно “оказалась в паутине”, но и сегодня еще далеко не полностью в ней “запуталась”: общеизвестно, в РФ всемирной сетью охвачено примерно 30% населения (для такой страны, как наша, это очень малый показатель!), причем в основном это касается населения крупных городов. Да и сказать, что мы по-настоящему научились пользоваться “сетями” – было бы, наверное, самонадеянно: процент интеллектуальной информации, добываемый россиянами из Паутины – мизерен (что также бесстрастно констатирует полевая социология). Наконец, совсем изумительный (хотя и предсказуемый) факт: в нашей “эксклюзивной” стране – множество адептов отказа от сего “вражеского” изобретения! И это сплошь и рядом – не какие-нибудь маргиналы: буквально на днях с очередной “антиинтернетной” речью, к примеру, выступил патриарх Кирилл! Что за всем этим стоит? Ответ, как представляется, проливает свет на самые важные комплексные изменения, привнесенные Интернетом в жизнь и сознание человечества – ибо, как часто бывает в истории науки, сами создатели технической “новации” были не в состоянии осмыслить всей грандиозности перемен, которое несло их детище. А применительно к России – и сделать совершенно определенные социально-политические диагнозы.

…Уже написаны монографии и диссертации о том, как Интернет изменяет в человеке практически все: психологию, культуру, коммуникационные навыки, отношение к миру, манеру общения. Такие изменения не всегда позитивны – и это нормально: любая, внешне чисто информационная трансформация – наряду с приобретениями несет в себе и определенные потери. (Современные историки и филологи, например, задают вопрос: как и в какую сторону повлияло изобретение книгопечатания на европейский менталитет?). Два самых популярных примера применительно к России: появление непростых аспектов этики общения в онлайн (общеизвестно, как и в каких выражениях россияне там подчас “общаются”!) и совершенно реальная деструкция разговорного русского языка под влиянием так называемого “олбанского” (для которого характерны “антинормы”, намеренно искаженное правописание). Все эти “аффтор аццки жжот”, “зачот/пеши исчо”, “фошызды”, “красавчеги” и прочие “онлайн-неологизмы” (вкупе с манерой материться с грамматическими ошибками)… И все же – сегодня уже невозможно усомниться в том, что грандиозные возможности, открытые Интернетом, тысячекратно и с лихвой перекрывают все те “косвенные последствия”, которые неизбежны при внедрении любой инновации (и которые еще долго будут давать пищу для научной рефлексии). Прежде всего – в ракурсе той высшей аксиологической ценности, которую отстаивал своей деятельностью Тим Бернерс-Ли: знания и информация как всемирное общечеловеческое достояние. И, как представляется, именно в понимании этого момента – коренятся причины того, что в Российской Федерации с печальной регулярностью раздаются “контрпаутинные” призывы и филиппики.

Во-первых, ключевой момент здесь – принципиально общечеловеческий характер Интернета. Здесь – не только “прикладной” аспект (возможность информационного общения с любой точкой планеты и в любой познавательной области), но мировоззренческий: признание самого феномена общечеловеческих ценностей, а также возможность почувствовать себя “гражданином мира”, жителем той самой “мировой информационной деревни”, о которой писал канадский философ М. Маклюэн. А это – поперек всей концепции “традиционных ценностей” (понимаемых сугубо трайбалистски – как своего рода “племенной религии”!). Недаром же слово “космополит” (переводимое с греческого именно как “гражданин мира”!) в среде наших “патриотов” – сугубо ругательное…

Во-вторых – свобода как непременное условие существования Интернета и одновременно его следствие. Ведь человек, “нырнувший” в Паутину и вкусивший все необъятное богатство открывшегося перед ним информационного океана (а также – возможности общаться с интересными ему людьми на любых широтах!) – это человек, которого уже невозможно сделать “одномерным” (в том смысле, который иском и желанен для любых диктатур!). Естественно, здесь не все столь радужно и прямолинейно: та же российская практика показывает, что в онлайн активно “коннектятся” и представители “человека-массы”, с соответствующим результатом (уже не говоря о том, что Паутину в своих грязных целях активно используют и всевозможные подонки – от извращенцев до террористов). И все-таки общая тенденция – на расширение “поля свободы”, а это для адептов антилиберализма – смерти подобно. Вряд ли надо напоминать, в каких конкретных государствах современного мира существуют репрессивные практики против Интернета…

И, наконец – Интернет по определению несет перемены. Неоднолинейные, сложные, иногда драматичные – но в конечном итоге все равно изменяющие мир. И этот факт – убийственный для традиционалистов и фундаменталистов всех мастей: их ценностная система (распространяющаяся и на политические пристрастия) – исключительно ретроспективная, их идеал – прошлое (понимаемое крайне субъективно), их императив – “стабильность” и попытки “вернуться во вчерашний день” (хотя это невозможно с философской точки зрения). Поэтому здесь компромисс невозможен: даже пытаясь технически использовать “вредоносную западную ересь”, апологеты “скреп” никогда не примирятся с ней мировоззренчески. Что ж, это нормально – в прошлом ретрограды с таким же пылом (и со схожих позиций!) отвергали книгопечатание, прививки, наркоз, фотографию, рентген, компьютеры… Как в известной песне, на которой выросло несколько поколений наших соотечественников: “И уж если откровенно – всех пугают перемены, но – тут уж все равно…”