23 марта 2016 г.

Суворов Дмитрий Владимирович

кандидат культурологии, лауреат премии им. Бажова

ПАТОЛОГИЧЕСКАЯ ПРАВДИВОСТЬ


“Болезнь, от которой его принудительно лечили в психушке, называлась – патологическая правдивость”. Так диссидент и правозащитник Владимир Буковский написал о своем коллеге Александре Сергеевиче Есенине-Вольпине – герое и мученике диссидентского движения, сыне великого поэта Сергея Есенина, одной из самых значительных фигур в позднейшей отечественной истории. 16 марта сего года он ушел из жизни… Биография этого человека – готовый материал для захватывающего романа или художественного фильма. Выдающийся ученый, советский и американский математик, философ, поэт, один из лидеров диссидентского и правозащитного движения в СССР, пионер правового просвещения в диссидентских кругах советского общества… Организатор легендарного “Митинга гласности”, состоявшегося в Москве 5 декабря 1965 года, эксперт так называемого “Комитета прав человека в СССР” в 1970-1972 годах, политический заключенный (общий срок пребывания в тюрьмах, ссылке и психиатрических клиниках – 6 лет). В некоторых отношениях – “отец-основатель” и патриарх политического сопротивления в Советском Союзе на завершающем этапе его существования. В. Буковский, выдвигая в 2004 году предложение выдвинуть Есенина-Вольпина на премию имени Сахарова, сказал: “Честно говоря, это Андрей Дмитриевич должен был бы получить премию имени Есенина-Вольпина. Алик был его учителем в правозащитной деятельности…”

…Его отец – “кудрявый Сережка”. Его мать – поэтесса-имажинистка и переводчица Надежда Давыдовна Вольпин (ребенок родился уже после того, как Сергей и Надежда, состоявшие в гражданском браке, расстались). Мальчику был год от роду, когда произошла та памятная трагедия в “Англетере”… В 1933 году он вместе с матерью переехал из Ленинграда в Москву, где в 1946 году окончил с отличием Механико-математический институт МГУ; в 1949 году, окончив аспирантуру НИИ математики при МГУ и защитив кандидатскую диссертацию по математической логике, уехал работать в западно-украинский город Черновцы. К тому времени Александр начал писать стихи, которые читал в кругу друзей: опасное, почти смертельное занятие в сталинскую эпоху! В том же 1949 году за кто-то из друзей “заложил” молодого поэта: за “антисоветскую поэзию” сын “кулацкого стихоплета” был помещен на принудительное лечение в Ленинградскую спецпсихбольницу – начав, таким образом, свой крестный путь политзэка. В сентябре 1950 года Есенин-Вольпин, как “социально-опасный элемент”, был сослан в Карагандинскую область сроком на пять лет. После смерти “усатого” – амнистия, но в 1959 году – опять спецпсихлечебница: и это было только начало…

А между тем – в эти самые годы герой нашего рассказа вырастал в крупного ученого. Он стал широко известен как математик, специализирующийся в области так называемого “интуиционизма”: так называется математическое и философское учение, рассматривающих математические суждения с позиций интуитивной убедительности. Различаются две трактовки интуиционизма: интуитивная убедительность, которая не связана с вопросом существования объектов, и наглядная умственная убедительность. В интуициониостской математике отвергается подход теории множеств и ряд рассуждений классической логики: методологически это направление тесно связано с философией неопозитивизма, породившей теорию относительности. Классиками такого подхода были как зарубежные (Давид Гильберт, Летзен Эгберт Ян Брауэр, Аренд Гейтинг, Альфред Тарский, Стивен Коул Клини), так и отечественные ученые (А. Колмогоров, А. Марков). Основу математических и философских взглядов Есенина-Вольпина составлял крайний скептицизм – отрицание всех принимаемых на веру абстрактных понятий (Бога, бесконечности и т. д.); из этого вытекает необходимость строгого соблюдения формально-логических законов. Такой концепт известен со времен древних греков – но, разумеется, в СССР и он был “крамолой”: так что и тут мыслитель оказался “возмутителем спокойствия”…

Теперь вряд ли необходимо пояснять, что не только система мировоззрения, но и собственная научно-философская позиция не могла не привести Есенина-Вольпина на путь противостояния тоталитаризму. С начала 1960-х годов собственный скептический принцип ученый применял к сфере права, первым из советских диссидентов выдвигая идею возможности и необходимости защищать права человека путем строгого следования советским законам и требования соблюдения этих законов от властей. Есенин-Вольпин сформулировал и стал отстаивать идею о том, что советские законы сами по себе вполне приемлемы, а проблема заключается в отказе со стороны государства следовать этим законам. Он убеждал своих единомышленников, что, если бы государство соблюдало свои собственные законы, граждане не оказались бы в положении бесправия и что ситуация с соблюдением прав человека изменится, если граждане будут активно добиваться от государства соблюдения законов: это правило становится одной из основополагающих концепций правозащитного движения. Свои взгляды ученый излагал во многих работах юридического характера.

В 1965 году Есенин-Вольпин становится организатором знаменитого “Митинга гласности”, прошедшего 5 декабря на Пушкинской площади в Москве – первой в послевоенном СССР публичной демонстрации протеста. Основным лозунгом митинга, в котором приняло участие около 200 человек, было требование гласности суда над арестованными незадолго до этого писателями Андреем Синявским и Юлием Даниэлем; митингующие также держали плакаты с призывом “Уважайте Советскую Конституцию” (сам митинг был организован именно в День Конституции). На митинге раздавалось в качестве листовки “Гражданское обращение” (составленное также Есениным-Вольпиным), до этого распространявшееся организаторами митинга и сочувствующими. Прямо с площади Есенин-Вольпин был увезен на допрос. Владимир Буковский, опираясь на найденный им в архиве секретный доклад КГБ СССР в Политбюро ЦК КПСС, считает, что кампания применения так называемой “карательной психиатрии” против диссидентов началась с упоминания в этом докладе 27 февраля 1967 года Петра Григоренко и Александра Есенина-Вольпина как лиц “ранее привлекавшихся к уголовной ответственности”… Режим такого не прощает – и в 1968 году мыслитель вновь оказывается в “психушке”: там он перевел на русский язык и написал предисловие к книге американского математика П. Дж. Коэна “Теория множеств и континуум-гипотеза”, а также составил распространявшуюся впоследствии в самиздате “Памятку для тех, кому предстоят допросы”. Но теперь уже борец был не один: в связи с его принудительной госпитализацией ряд известных советских ученых и деятелей культуры (А. Колмогоров, И. Шафаревич, А. Кронрод, Е. Ландис, И. Гельфанд, П. Новиков, Л. Люстерник,А. Марков, Д. Меньшов, Ю. Айхенвальд, П. Александров, Н Мейман, И. Яглом, Ю. Шиханович) подписали коллективное протестное “Письмо 99”. Многие из них поплатились за это разного рода наказаниям (увольнениям с работы, разгромом лабораторий – последующие 20 лет войдут в историю как “черное двадцатилетие мехмата МГУ”), но протест оказал воздействие – Есенин-Вольпин вышел на свободу. А после – вступление в Комитет прав человека в СССР, сотрудничество с Сахаровым и другими великими диссидентами, отъезд в мае 1972 года (по настоянию КГБ) в США, работа в университетах Баффало (штат Нью-Йорк) и Бостона, создание теоремы в области диадических пространств (носящей имя ее творца). Продолжение борьбы за создания гражданского общества на родине – которую Есенин-Вольпин неоднократно посещал после 1989 года. Он умер в возрасте 92 лет…

В сегодняшней России диссиденты – не в чести. Вот и сейчас “патриотическая” блогосфера “почтила” память великого ученого и борца за свободу – потоком грязной брани и шельмованием. Что ж, как точно заметил поэт Николай Гумилев – за львами всегда бегут и весело тявкают шакалы… Верю, однако, что страна и народ еще осмыслят и оценят весь тот грандиозный вклад, который внес в нашу историю и культуру Есенин-Вольпин. И ему еще воздастся – как одному из тех, кто нес “горящее сердце Данко” во тьме исторического безвременья…