22 февраля 2016 г.

Суворов Дмитрий Владимирович

кандидат культурологии, лауреат премии им. Бажова

“НЕ ГОНЯЛСЯ БЫ ТЫ, ПОП, ЗА ДЕШЕВИЗНОЙ!”


Весьма колоритная история произошла в Нижнем Новгороде. Арбитражный суд Нижегородской области утвердил мировое соглашение, которое разрешает ответчику, Нижегородской епархии РПЦ, выплатить часть долга… молитвами. “Ответчик также обещает возносить молитвы о здравии раба Божиего Арсеньева Ивана Михайловича и раба Божиего Лепустина Сергея Александровича, их семей и благополучии во всех их благих делах и начинаниях”, –сказано в определении арбитражного суда от 15 октября 2015 года, о котором теперь стало известно. В документе говорится, что суд не нашел противоречий закону в таком соглашении.

Как следует из Единого государственного реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ), Иван Арсеньев – гендиректор и соучредитель компании; Сергей Лепустин – также соучредитель. Фирма через суд потребовала деньги с епархии за выполненные работы по разработке проектной документации на переоборудование системы теплоснабжения и установку котельной. Согласно договору, епархия должна была заплатить 916 тысяч рублей, однако услуги компании не оплатили. Изначально компания “Эра” подала иск к епархии с требованием взыскать с нее более 500 тысяч рублей. Однако в мировом соглашении сказано уже о выплате только 200 тысяч рублей и вознесении молитв. Такое решение в новейшей истории российской юридической практике выносится впервые – хотя это именно мировое соглашение, а не решение суда. И все же… “Какое, милые, у нас тысячелетье на дворе?”

Уже последовал иронический комментарий о. Андрея Кураева: “Это публично заверенное соглашение двух сторон, между которыми пробежала крыса… Жена может потребовать называть ее зайкой, и фиксация-исполнение этого требования никак не затруднит жизнь окружающих охотничьих хозяйств и зоопарков”. Действительно, есть о чем призадуматься… И почему-то в подсознании так и крутится пушкинская “Сказка о попе и работнике его Балде” – да-да, та самая, которую в последнее время клерикалы постоянно пытаются отцензурировать (заменив “попа” на “купца Кузьму Остолопа”). В частности, многозначительный финал сказки: “А Балда приговаривал с укоризной: “Не гонялся бы ты, поп, за дешевизной!”. Действительно, в сем пикантном деле есть сразу несколько аспектов, которые могут обернуться теми самыми “щелчками по лбу”, от которых “вышибло ум у старика”.

Во-первых, хотя о. А. Кураев и подчеркивает “неформальность” решения суда (мировое соглашение) – все же это именно юридическое решение, никак иначе. А раз так – тогда возникает законный вопрос: на основании какого пункта Уголовного или Административного кодексов РФ принимается подобное решение? Совершенно ясно, что вознесение молитв – это сфера, принципиально из какой-то другой “оперы”, нежели юриспруденция… Правоведы, ау, откликнитесь – внесите ясность, если дела обстоят иначе!

Во-вторых, весьма интересно, как судебные органы намереваются проверить исполнение принятого решения. Сколько раз, с какой частотой и интенсивностью “святые отцы” должны возносить молитвы к Создателю за господ Арсеньева и Лепустина? Сие действо должно быть оформлено в виде литургии, проскомидии, молебна или чего там еще? А на какой срок – месяц, год, десять лет? Это, между прочим, для рядовых прихожан денег стоит, и не самых малых… А в каких храмах – “рядовых” или особо почитаемых? Это тоже в финансовом эквиваленте неравнозначно, скажу я вам… И главное: как выяснить, выполняют люди в сане свою часть обязательства или нет? Что, они будут должны предъявить квитанцию об оплате молений? Так таких квитанций в церкви не выдают покамест… В общем, создается устойчивое впечатление, что высокий суд в данном случае поставил себя в достаточно странноватое и даже смешное положение…

В-третьих… Не кажется ли вам, что сам факт решения о своеобразном “бартере”, в качестве которого по отношению к конкретному материальному эквиваленту выступает молитва – отдает явственным душком печально знаменитых средневековых индульгенций? В те высокодуховные времена католическая церковь проповедовала интересный тезис о накопленной праведными трудами церкви впрок (!) Божьей благодати, которую можно продавать за вполне ощущаемые “мани”. Так появилась одиозная практика, в ходе которой любой желающий за известную мзду мог получить бумагу с печатью об отпущении грехов. Тогда ходила карикатура: разбойник покупает у монаха индульгенцию об отпущении не только за старые, но и за грядущие грехи (поскольку платежеспособен) – и тут же грабит монаха “на законных основаниях”… Кстати, именно этот бизнес кардинально подорвал авторитет папства и привел к появлению протестантизма! Вот что-то в нынешнем “нижегородском деле” попахивает вышеописанным – и это не есть хорошо…

Но главное и основное – все-таки в следующем. Как однажды выразился товарищ Ленин – “читаю, пишу, разжевываю”. Так вот: читаю, пишу, разжевываю – Российская Федерация, согласно собственной Конституции, есть светское государство (глава 1, статья 14). А статья 28 главы 2 провозглашает: “Каждому гарантируется свобода совести, свобода вероисповедания, включая право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними”. Для тех, кто совсем “не в теме”: религиозная сфера – принципиально вне сферы государственной! И никто не может регулировать религиозную сферу через какие бы то ни было институты государственной власти (а суд – это, кто запамятовал, “третья власть”). Государство не касается, признает человек высшую духовную творящую силу мира (то есть Бога) или нет; верит он в посмертную жизнь или материалистически убежден в том, что после биологической смерти атомы его тела рассеются в космосе. А если человек верующий – то опять-таки государство не касается, кому конкретно он будет возносить свои молитвы – Иегове, Святой Троице, милостивому и милосердному Аллаху, Будде, синеухому Кришне как инкарниции Тримурти, конфуцианскому Вечному Небу, славянскому Сварогу, Тюн-Ош Поро Кугу Юмо (марийская традиционная религия) или Летающему Макаронному Монстру пастафарианства. А также мумии дедушки Ленина или бажовской Малахитовой шкатулке (это не стеб: в поселке Билимбай реально действовала секта, почитающая Бажова как гуру). Подчеркиваю: это – принципиально вне компетенции государства! И последнее не должно ни в каких формах переступать эту черту (что де-факто – пусть в экзотической форме – произошло в Нижнем Новгороде). Это не максимализм: в любом правовом сообществе данный принцип соблюдается предельно строго. Вот выразительный пример: в свое время матери Терезе запретили читать молитву в стенах Генеральной ассамблеи ООН – поскольку эта организация является светской по уставу. Мать Тереза, между прочим, весьма остроумно вышла из положения – написала стихотворение, обращенное к Богу, и прочитала его с трибуны. Прочитала на стопроцентно законных основаниях (что было признано всеми) – она произносила не канонический текст молитвы, а светское произведение словесности…

Напоследок же хотелось бы поделиться следующей, достаточно невеселой мыслью. Не покидает чувство, что нынешние “ревнители благочестия” являются тщательно законспирированными агентами недобитых большевиков. Ибо никакие большевики, никакие Ленины, Сталины и Хрущевы не компрометировали церковь так, как это делают ее сегодняшние властные доброхоты. Церковь гонимая, расстреливаемая, запрещаемая, загоняемая в подполье – вызывала сочувствие и уважение. И интеллигентский нонконформизм советских лет включал в себя обязательное позитивное отношение к церкви как институту – даже вне зависимости от собственных религиозных убеждений. Церковь, сращивающаяся с властью – вызывает абсолютно противоположные чувства (и императивом современных нонконформистов становится уже совершенно иные, антиклерикальные установки!). Но церковь, над которой смеются (а нижегородская история вызывает именно смех!) – это уже случай клинический. Потому что осмеянный кумир – перестает быть кумиром.