9 июня 2016 г.

Суворов Дмитрий Владимирович

кандидат культурологии, лауреат премии им. Бажова

ОБАЯНИЕ КУЛЬТУРНОГО ЕДИНСТВА


На следующую телевизионную неделю падает день 24 мая – Всемирный день славянской письменности и культуры (в этот день и православная, и католическая церковь поминают святых равноапостольных Константина-Кирилла и Мефодия, учителей “словеньских”). Причем 2016 год в данном отношении для России – юбилейный: ровно 30 лет тому назад, 24 мая 1986 года было проведено первое празднование этого знаменательного дня в СССР. Этот содержательный аспект полностью обошли своим вниманием категорически все телеканалы! Единственное (и совершенно предсказуемое) исключение – петербургская “Культура”. Поэтому все вышеописанные телепроекты – с невских берегов.

…Уже неоднократно многими светилами гуманитарной науки высказывалась глубокая мысль: главный “смысл и назначение истории” (выражение немецкого философа К. Ясперса) для России – это ее великая духовно-художественная культура. Сокровища культуры – это никогда не девальвирующаяся “валюта”: именно эти “родники мои серебряные, золотые мои россыпи” (не скажешь лучше Высоцкого!) составляют главное позитивное звучание и образ России в мире. При этом не существует никакой “китайской стены” между отечественной и мировой культурой – вернее так: российская культура есть самобытная, оригинальная, но все же составная часть культуры мировой (и притом родившаяся в результате “максимальной открытости Западу”, по констатации классического историка А. Кизеветтера). Все это, так или иначе, выпукло сказывается в передачах “Культуры”.

Прежде всего – Музыка. Вечная классическая музыка, “звучащее эсперанто”, самый совершенный инструмент “освобождения человека от тисков иррационального бытия” (так учили Шопенгауэр и Гоголь!). Музыка русская и зарубежная – здесь “прописка” абсолютно непринципиальна, здесь границы не существуют… “П. И. Чайковский. Концерт № 1 для фортепиано с оркестром. Андрей Коробейников, Владимир Понькин и оркестр театра “Геликон- опера” (понедельник, 18.30), “Р. Шуман. Симфония № 1 “Весенняя”. Дирижер Ю. Симонов” (тот же день, 01.00), “Фортепианные миниатюры С. Рахманинова исполняет А. Гиндин” (вновь понедельник, 02.40), “П. И. Чайковский. Сочинения для скрипки с оркестром. Сергей Стадлер и Симфонический оркестр Санкт-Петербурга” (вторник, 18.00), “С. Франк, Д. Шостакович. Сонаты для виолончели и фортепиано. Александр Князев, Николай Луганский” (среда, 18.00), “А. Берг. Концерт для скрипки “Памяти ангела”. Гидон Кремер, Колин Дэвис и Симфонический оркестр Баварского радио” (четверг, 18.00), “Александр Бузлов, Юрий Башмет и Камерный ансамбль “Солисты Москвы” в Большом зале Берлинской филармонии” (пятница, 18.15). Что ни произведение или персоналия композитора или исполнителя, то эпоха! Особенно интересна в данной впечатляющей “ретроспективе” встреча с творчеством Альбана Берга – одного из самых поразительных и одаренных мастеров европейской музыки первой половины ХХ века. Уроженец Вены, музыкальный новатор и экспериментатор, член Нововенской школы (одной из самых радикальных в истории музыкального модерна), последователь эстетики экспрессионизма, адепт атональной и додекафонной (двенадцатитонной) музыки, Берг был “лириком среди ниспровергателей традиций”: его сочинения поражают тем, как ультрасовременными (для своего времени) выразительными средствами композитор выражает тончайшие движения человеческой души. А жить Бергу отпущено было всего 50 лет, и смерть его была поистине мистической – во время путешествия в Африку композитора укусила страшная муха цеце, занеся в его кровь смертоносную сонную болезнь… Концерт для скрипки – едва ли не самое пронзительное по лирической интонации произведение австрийского гения, посвященное памяти рано умершей Манон Гропиус, дочери Альмы Малер: эта удивительная женщина в разные годы своей жизни была женой многих гениев австрийского Серебряного века – композитора Густава Малера, художника Оскара Кокошки, архитектора Вальтера Гропиуса (отца Манон), писателя Франца Верфеля…

Не менее интересный проект – цикл коротких пятиминутных роликов “Карамзин-250”: он будет идти все семь дней недели, с трансляциями цитат из творчества классика в 11.15, 14.55, 18.25, 20.45 и 23.25. Сам проект, безусловно – “юбилейное приношение” прославленному литератору и историку: в этом году Николаю Михайловичу исполняется 250 лет… Любой корифей культуры – неисчерпаем, а про Карамзина можно сказать – он еще по-настоящему не открыт и не прочувствован в России (несмотря на собственный “круглый” юбилей!). Родоначальник русского литературного сентиментализма: по точной оценке А. Герцена, “влияние Карамзина на литературу можно сравнить с влиянием Екатерины Великой на общество, он сделал литературу гуманной”. Оригинальный и талантливый поэт, буквально ниспровергнувший традицию возвышенного официального классицизма (имевшего в своем “послужном списке” таких титанов, как Ломоносов и Державин!): идеалом карамзинской поэзии (и прозы) было высвобождение и совершенствование естественных чувств, внутренний мир человека как центр художественного интереса. Реформатор русского языка: Карамзин ввел в русский язык множество новых слов — как неологизмов (“впечатление”, “влияние”, “благотворительность”, “влюбленность”, “вольнодумство”, “трогательный”, “занимательный” “достопримечательность”, “ответственность”, “подозрительность”, “промышленность”, “утонченность”, “первоклассный”, “человечный”, “сосредоточить”, “моральный”, “будущность”), так и пришедших из иных языков “варваризмов” (“эпоха”, “сцена”, “гармония”, “катастрофа”, “эстетический”, “тротуар”, “кучер”). Блестящий переводчик, подаривший России возможность прочитать трагедию Шекспира “Юлий Цезарь” и драму древнеиндийского поэта Калидасы “Шакунтала”. Оригинальный мыслитель консервативного направления, о взглядах и выводах которого уже два века спорят ученые и философы. Общественный деятель – именно с подачи Карамзина, например, был поставлен памятник Минину и Пожарскому на Красной площади, ставший одним из символов Москвы. Библиофил, воскресивший из многовекового забвения книгу Афанасия Никитина “Хождение за три моря”. Наконец, один из патриархов российской историографии, автор легендарной “Истории государства Российского”; Пушкин – критикуя Карамзина с концептуальных позиций – одновременно оценил создание “Истории” как научный подвиг и сказал: “Древняя Россия, казалось, найдена Карамзиным, как Америка – Колумбом”.

И еще одна страница нашего культурного наследия, как будто специально созданная для иллюстрации высшего эстетического и духовного единства русской и мировой культурной традиции: “Красуйся, град Петров! Тома де Томон” (вторник, 14. 30). Это увлекательный рассказ о человеке, ставшем одним из “крестных отцов” архитектурного лица Санкт-Петербурга. Жан-Франсуа Тома де Томон, французский архитектор и рисовальщик, дворянин и роялист (из-за чего в годы Великой Французской революции ему пришлось покинуть родину), в эпоху Павла I обосновался в России – и с этого времени стал ее сыном, гением и неотъемлемой частью русского зодчества Нового времени, корифеем высокого классицизма. Каждая его работа – шедевр: Большой (Каменный) театр в Петербурге (ныне перестроен в здание Консерватории), мавзолей Павлу I в Павловске, Монумент Славы в честь Полтавской битвы в Полтаве, фонтан у Казанского собора, но прежде всего – грандиозный ансамбль стрелки Васильевского острова с монументальным зданием Биржи и двумя ростральными колоннами (кто из петербуржцев и гостей северной столицы не знает этот уникальный комплекс в античном стиле, одну из “визитных карточек” города на Неве!). Тома де Томон погиб в результате несчастного случая (сорвался с лесов в Каменном театре в 1813 году), и прах его покоится в некрополе Александро-Невской лавры, в сонме величайших деятелей культуры России. И это символично: о Тома де Томоне можно сказать почти теми же словами, которые поэт Всеволод Рождественский написал о Б. Растрелли – “Он, русский сердцем, родом итальянец, плетя свои гирлянды и венцы, в морозных зорях видел роз румянец и на снегу выращивал дворцы”...