15 марта 2016 г.

Суворов Дмитрий Владимирович

кандидат культурологии, лауреат премии им. Бажова

РУБЛЮ – 700 ЛЕТ!


Рублю – 700 лет! Такой эксцентрический юбилей отмечает Россия в 2016 году… И это, без преувеличения – выдающаяся тема: не только потому, что национальная валюта нашей страны “празднует” круглую дату, но и потому, что история рубля – это и интереснейший эпизод российской истории. В котором, как в зеркале, отразились многие своеобразные и даже неожиданные (для массового сознания) эпизоды отечественного исторического бытия.

Первый раз в качестве именно монеты рубль упоминается в тверских документах 1316 года, в грамотах тверского и великого владимирского князя Михаила Ярославича. Человек это был, надо сказать, невероятно интересный – можно сказать, абсолютно и незаслуженно забытый герой нашего Отечества. В лице Михаила Тверского (впоследствии – Михаила Святого) русская история явила редкий на скрижалях прошлого почти идеальный тип правителя-рыцаря: на фоне большинства “стандартных” князей-Рюриковичей того времени – жестоких, вероломных, всегда готовых к предательству и братоубийству – тверской властелин смотрелся как натуральный “инопланетянин”. Мудрый правитель, грамотный и рачительный хозяйственник, твердый (но не жестокий) владетель, талантливый полководец, “отец народа”, знающий толк в книге и высокой культуре – таким остался Михаил в памяти русичей того времени. Кстати, он был последним из владимирских Рюриковичей, который сел на “великий стол” абсолютно законно, согласно нормам тогдашнего так называемого “лествичного права”: все его преемники (в том числе – все московские князья) попирали нормы права, занимая престол исключительно благодаря поддержке и благоволению союзных им ханов Золотой Орды… Между прочим, именно московская княжеская семья и была наиглавнейшим врагом Михаила, соперником последнего в “экологический нише” объединителей Северо-Восточной Руси – потому вражда между ними шла бескомпромиссная и беспощадная. И здесь Михаил проиграл – именно в силу своей непоколебимой этической позиции. Один раз ордынский хан Тохта прямо предлагал Михаилу помощь в деле уничтожения Москвы – и тверской князь отказался, не желая заливать кровью родную землю… А московские соперники не были столь щепетильными, с легкостью прибегли к ордынской помощи – и Михаил принял мученическую смерть в Золотой Орде от рук москвичей, которые после пыток вырезали ему сердце (у еще живого)… Потом – причисление к лику святых, обретение мощей (в 1632 году), а стольным градом стала Москва… То, что наша национальная валюта обязана своим рождением именно этому человеку – глубоко символично.

Впрочем, слово “рубль существовало в Древней Руси гораздо раньше трагических коллизий XIV века, известно еще с киевской эпохи. Существует множество версий происхождения слова “рубль”: основные расходятся в деталях, но сходятся в том, что однокоренным является глагол “рубить”. Русский историк романовской эпохи Иван Кондратьев в книге “Седая старина Москвы” написал: “Рубли были частями гривны или кусками серебра с зарубками, означавшими их вес. Каждая гривна разделялась на четыре части; название же рубль произошло от слова “рубить”, потому что прут серебра в гривну весом разрубался на четыре части, которые и назывались рублями”. То есть, первоначально рубль – это необработанный кусок рубленого (на глазок) серебра, который и служил “условной единицей”. Есть и лингвистическая версия названия “рубль”, выдвинутая немецким языковедом Максом Фасмером – согласно последней, название российской денежной единицы имеет праиндоевропейское происхождение и восходит к древнеиндийскому “рупиам”, то есть “обработанное серебро” (современная индийская рупия). Впрочем, первоначальная версия все же правдоподобнее…

Здесь интересно другое. Несмотря на хронологическую “солидность” – рубль именно как монета был в России достаточно поздним явлением, и это было связано с особенностями экономического “хабитуса” средневековой Руси. Экономика древнерусского государства во всех его модификациях – и в киевской державе, и в эпоху княжеской раздробленности, и во времена сложных отношений с Золотой Ордой, и даже к моменту структурирования Московии – пребывала в состоянии господства бартера, преобладания натурального хозяйства. Это не было показателем отсталости – в раннесредневековой Европе положение было аналогичным: интересно, что в Киевской Руси денежные отношения были даже больше распространены, нежели в позднейшем Московском княжестве. Общеизвестно, что в “Русской Правде” Ярослава Мудрого (XI в.) денежные штрафы были прописаны как следствие всех преступных действий – значит, предполагалось наличие каких-то “у. е.” у населения… Тем более это относится к Господину Великому Новгороду – там это было логично, учитывая раннебуржуазный, торгово-купеческий характер бытия первой русской республики… Но здесь присутствует пикантный момент: ходовыми деньгами во всех описываемых случаях (позднее – и в Москве тоже) были деньги не русские – их еще у нас не чеканили – а “импортные”, арабские или западноевропейские. В Европе чеканка монет массово началась в позднем Средневековье, после начала Великих географических открытий и связанного с ними взрыва товарно-рыночных отношений. Возникло два центра “производства денег”: в Италии и в Чехии, откуда они и распространялись по всей Европе (и в Россию). Итальянская “деньга” называлась “гроссо” (буквально “большая”) – она и была действительно крупного размера, величиной с олимпийскую медаль: впрочем, инфляция весьма быстро “съела” объем монеты, приблизив его к современному стандарту… Монеты итальянского производства во всех странах имели свои наименования: в Англии – соверен, во Франции – экю, в Голландии – гульден (от “гулд” – золото), во Флоренции – флорин, в Венеции – дукат (от греческого “дука” – вождь). Чешские же серебряные монеты именовались “талеры”, поскольку производились в одной из горных долин (нем. Tal – долина); впоследствии в Нидерландах на местном языке это слово трансформировалось в “доллар”. Это название впоследствии закрепилось за национальной валютой США потому, что город Нью-Йорк был первоначально основан голландцами и именовался “Новый Амстердам”. Голландское влияние вообще до сих пор сильно ощущается в культуре Нью-Йорка: так, один из районов города, населенный афроамериканцами, носит название “Гарлем” (Хаарлем – город в Голландии), а среди потомков первых поселенцев штата часты типично нидерландские фамилии “Вандербильдт”, “Вандервельдте”, “Ван Хорн” и т. д. Кстати, голландской по происхождению является фамилия “Рузвельт”: эта семья, давшая в ХХ веке двух великих президентов Америки, тоже имела нидерландских предков…

В Московской же Руси в это время поступали совсем интересно: брали те самые европейские монеты – и… перечеканивали их, ставя поверх собственного рельефа оттиск московского герба с двуглавым орлом и изображением святого Георгия Победоносца. Поскольку святой на иконах изображался с копьем (поражающий змия), то такие монеты называли “копейная деньга”, “копейка”… И только в XVI веке в Москве начинают собственное массовое производство чеканки собственных денег – и именно тогда рубль становится главной платежной единицей: документально это зафиксировано в эпоху регентства княгини Елены Глинской, матери Ивана Грозного (денежная реформа Елены Глинской датирована 1534 годом). Справедливости ради стоит заметить, что в Великом княжестве Литовском и Русском, вечном сопернике Москвы (включавшем в себя нынешние Литву, Беларусь и Украину) собственная монета под названием “рубль” или “изрой” существовала лет на 300 раньше, чем в Москве – даже ранее упоминавшихся грамот Михаила Тверского! Так что, похоже, и тогда в Москве в очередной раз “поклонились в ножке” старушке-Европе… Настоящий же расцвет денежного обращения в России произойдет еще позднее – при первых Романовых, уже после Смуты, когда в середине XVII столетия начнется первый в русской истории расцвет рыночной экономики (в частности, появление народных промыслов и ярмарок, связанных с экспортом чая). Но это уже совсем иная история…