24 ноября 2016 г.

Суворов Дмитрий Владимирович

кандидат культурологии, лауреат премии им. Бажова

“У РУССКИХ ВСЁ НЕЛЬЗЯ, А ЧТО МОЖНО – ТО ОБЯЗАТЕЛЬНО”


По числу детских суицидов наша страна является одним из мировых лидеров – в среднем по 2000 случаев в год (официальная статистика). Это – страшное социальное зло, долженствующее рассматриваться как одна из главных национальных угроз – никак иначе (особенную трагичность ситуации высветили недавние катастрофические события в Стругах Красных). Естественно, самые широкие круги специалистов, так или иначе причастных к соответствующей проблематике, сегодня высказываются по данному “больному” вопросу – и высвечивают угрожающее количество “узких мест”, так или иначе имеющих место в самых различных сферах, соприкасающихся с этой проблемой (социальная сфера, культура, физиология, юриспруденция и т. д.). Так, например, государству не хватает поправок к законодательству о доведении до самоубийства, настаивают юристы – и эта коллизия известна еще с самых “застойных” советских времен (например, по отношению к “репрессивной педагогике”, жертвами которой ежегодно и уже на протяжении не одного десятилетия становятся сотни юных суицидников). И, в разгаре сей дискуссии (которая еще бесконечно далека от завершения) – прозвучало очередное выступление о. Всеволода Чаплина…

Сразу оговорюсь: комментировать речи отца Всеволода в последнее время – уже совершенно неинтересно и даже скучно. Потому что, строго говоря, все его мысли и предложения можно смело предсказывать до запятых, ни в малейшей степени не претендуя на лавры Нострадамуса. Православный фундаментализм, да еще в таком топорно-прямолинейном “исполнении” – вещь, признаться, занудная… Равно как и давать научные и нравственные оценки современному “православному Талибану” (как точно назвал это явление покойный о. Глеб Якунин) – столь же надоедливо: “те же банальности в новой тональности”… И все же, в нашем сегодняшнем случае – имеет смысл “преодолеть зевоту” и в очередной раз посмотреть на “чаплиниану” пристальным взором. Потому что, применительно к интересующей нас проблеме – господин Чаплин высказывается не столько от себя лично, сколько озвучивает самые типичные мифы и заблуждения, характерные для российского традиционалистского сознания (и не только по вопросу причин детских суицидов).

“Виноваты в этом и родители, и общество – не сомневается протоиерей. – Слишком уж велика боязнь общества и государства сделать серьезный шаг – поменять весь наш образ жизни. А его надо сделать (сохраняю орфографию – Д.С.)! И прежде всего, убрать культ свободного порока, который сейчас считается нормой жизни. Необходимы общественные преобразования, которые заставят людей измениться. Вспомним военное время! Основные причины сегодняшних самоубийств – комфорт и отсутствие жизненных трудностей. А какие-то трудности обязательно нужны – иначе человеку не спастись от скуки!”. В качестве таковых, надо думать, пастырь предложил пару нововведений. Во-первых, разрешить ранние браки – “не с 30-40 лет, а когда начинается зов плоти” (!!! – Д.С.). А во-вторых, запретить прием в вузы женщин, не родивших ребенка, и мужчин, не отслуживших в армии. (Заодно, по его словам, это поможет преодолеть инфантилизм, поразивший современное российское общество.) Другое средство от Всеволода Чаплина – “полностью исключить анонимность в Интернете. И тогда не будет ни детской порнографии, ни сайтов самоубийств, ни малолетних проституток”, – пообещал он.

Да неужели все так просто? Вообще “магия простых решений” – родовая метка тоталитарного мышления: как там у Полиграфа Шарикова – “всех замочить и все поделить”… Не случайно “рецепт от отца протопопа” сразу вызвал резкую критику интернет-специалистов, которые справедливо упрекают о. Чаплина в вопиющем передергивании и в кричащей примитивизации существующих процессов (в том числе – социально-психологических). Как же представляется автору этих строк, “методика” от скандального священника – порочна (и типична в своей порочности!) по следующим аспектам.

…“Основные причины сегодняшних самоубийств – комфорт и отсутствие жизненных трудностей”??? Да Господь и Аллах с вами! Нынешнее молодое поколение вступает во взрослую жизнь в условиях фактической тотальной безработицы, абсолютной неуверенности в завтрашнем дне (причем старшеклассники и тем более студенты прекрасно об этом осведомлены), с почти стопроцентной гарантией невозможности самореализации в рамках собственного призвания (любой психолог подтвердит – уже одно это является сильнейшим источником тяжелых деприваций и душевного дискомфорта, создающего “зону риска”). Плюс – крайне нездоровая социально-психологическая обстановка, особенно на уровне “первичной ячейки общества”, семьи (что, кстати, ужасно подтвердила трагедия в Стругах Красных). И – знаменитый “футурошок”; явление, описанное еще американским философом Элвином Тоффлером – под которым наука понимает феномен опережения роста информации соответствующему физическому взрослению. Это – к вопросу о “ранних браках”: сегодня “зов плоти” и “зрелость головы” имеют между собой амплитуду весьма солидную… Наложите на все это “проблему гормонов” (которая есть данность, данная, если хотите, свыше!) – и практически полное отсутствие социально действенных механизмов психологической помощи подросткам… Надо пояснять масштаб проблемы? Ну, и причем тут “комфорт”, и где тут “отсутствие жизненных трудностей”? Конечно, если сравнивать с “военными годами”… но почему бы не сравнить, скажем, со средневековьем или неолитом? Уж там по определению “комфорта” было меньше – так что, “вперед и с песнями” в “проклятое прошлое”?

С другой стороны… Можно ли себе представить человека (любого возраста) – успешного, социально реализованного, психологически гармоничного, без внутриличностных конфликтов – которого можно “комфортом” или “не анонимным Интернетом” склонить к суициду? Ну не абсурд ли это? Любая подобная трагедия – это всегда показатель как раз тяжелой внутренней рассогласованности личности, иногда даже по маской внешней успешности… Но лечить эти “дисфункции” надлежит на каких угодно путях, кроме тех, которые рекомендует отец Чаплин… Кстати, совет последнего насчет “браков сразу же после зова плоти” (то есть – возврата к практике норм “традиционного общества”, когда девушку выдавали замуж в 13 лет, а в 15 она считалась старой девой) – в современных условиях способен только тысячекратно ухудшить ситуацию…

Весьма красноречивы и филиппики о “культе свободного порока” и нападки на Интернет. В контексте мировоззрения о. Чаплина, “свобода” и “порок” – это синонимы, а современные информационные возможности приравниваются ко “греху”. Это, кстати – типичная и застарелая болезнь русского православия, из века в век на старте воспринимавшего любые интеллигибельные “новации” как “покушение на устои”… Причем данная констатация абсолютно не означает необходимости реагирования на информационные угрозы (в том числе и в онлайн, типа “сайтов самоубийц”) – но, по точной констатации интернет-омбудсмена Дмитрия Мариничева, речь должна идти о “борьбе с информационной неграмотностью”, а не о репрессивных мерах против информации вообще.

И здесь мы подходим к главному пороку “чаплинской методы”. Он напоминает знаменитые слова У. Черчилля, саркастически сказанные в адрес советской политической системы: “У русских все нельзя, а что можно – то обязательно”. Нормальный среднестатистический тоталитаризм, по слегка видоизмененной констатации В. Новодворской… Здесь в предложениях о. Чаплина самое главное (и вредоносное) – даже не конкретика (типа требования не пускать в вузы не рожавших и не служивших), а сам факт неистребимой веры в спасительную силу запретительных мер как “панацеи от всех болезней”. Вот возьмем да и запретим что-либо (Интернет, “комфорт”, поздние замужества) – сразу не будет “малолетних проституток”! Можно подумать, что их не было во времена, столь милые чаплинскому сердцу (например, в военные годы)… Вообще вся история человечества неопровержимо демонстрирует: техника “низзя!” никогда не бывает эффективной – хотя бы потому, что “угол падения равен углу отражения”. И поэтому окончательный вердикт по предложенному “рецепту” может быть один: этот рецепт либо бесполезен, либо предлагает “лекарство, которое хуже болезни”.